Диверсионная группа выдвинулась из поселения дроу темной безлунной ночью. Проводники вывели отряд к одному из свежепрорытых выходов на поверхность, и неслышными тенями растворились в темноте. Циклопических размеров двор цитадели. Темное звездное небо и громадные деревья. То что надо.
— Вперед, — скомандовал Прикс. Возражений не поступало, и диверсанты перестроились в походную колонну, ведомую, естественно, егерем.
Дакка вел группу, чутко улавливая ток магических энергий от артефакта. Однако шестым чувством егерь ощущал что-то такое, от чего по хребту периодически пробегала волна могильного холода. Взгляды? Ловушки? Непонятно.
Отряд неслышно поднялся на стену. Егерь уверенно вел группу к одной из угловых башен крепости. Башни, как и стены, представляли собой громадные деревья, и уже от одного этого отдельным бойцам становилось жутко — какой же все-таки мощи бросают они вызов...
— Пст! Всем стоять! — Дакка поднял руку, и отряд замер.
— Что там? — осведомился Крад.
— Пост.
— В лоб брать будем или?..
— Или.
— В плане?..
— Ашшур, инвиз.
Ашшур прошептал заклинание, и Дакка словно растворился в воздухе, и лишь пара мутных пятен на месте глаз указывали на то, что кто-то там все же есть.
— Отлично, я пошел, — с этими словами невидимый егерь двинулся вперед.
Постовые — эльф и эльфка — были слишком сильно заняты, чтобы заметить какого-то там невидимого орка: эльф, чуть приобняв сзади партнершу, что-то ей шептал на ухо, не забывая при этом обращать ее внимание на звезды.
Два кинжала покинули ножны.
Эльфы не замечали никого и ничего.
Свист рассеченного воздуха — и шум двух падающих тел, чуть приглушенный предсмертным хрипом. Пост больше не существовал.
Егерь присел, условным свистом подал сигнал «чисто», и сноровисто обшмонал трупы на предмет кинжалов, пригодных для метания, а также ключей и всяческой магической лабуды.
И не заметил, что очередной поясной мешочек чуть-чуть вибрирует в пальцах. Стоило орку развязать шнурок, стянувший горловину мешка, как яркая белая вспышка свалила его на землю, а по всей цитадели звонкими трелями залились сигналы тревоги.
Подбежавший Умрун не успел сделать ничего — выскочивший из бокового коридора эльф коротко и точно ударил тролля в висок эфесом меча, и сержант тяжело рухнул на пол. Его подельники схватили оглушенного Умруна и сразу же поволокли в башню. На Дакку уже набросили было сеть, но он вскочил, порвал эльфийские веревки в клочья, сбил попытавшихся загородить ему путь эльфов с ног и, рыча, сиганул со стены, в мягкие лапы темноты.
Враги уже были везде вокруг. Диверсанты, поняв, что их обнаружили, посыпались со стены горохом. Единственное, о чем они думали при создавшемся раскладе — это добраться до подземного хода, через который они выбрались на поверхность.
Эльфы не отставали. Свистели стрелы, то и дело кого-то настигали, но диверсанты объединенными усилиями отбивали своих и бежали дальше. А вот и ход!
Но у хода уже стояли строем, ощетинившись сталью, эльфийские пехотинцы.
Злобно ругаясь, вперед вырвался Дакка. Одним прыжком он перемахнул стену клинков, и, еще в полете натянув боевую перчатку, по приземлении принялся убивать — жестоко и быстро. Следом за ним сиганул Крад, затем Прикс, Ждан и Оркад. Саттия с Ашшуром просто пролевитировали над врагом, прямо к спасительному туннелю.
Крад взял жизнь одного противника мечом, второго зарубил топором, но третий врезал-таки орку краем щита по лбу, и в глазах диверсанта заплясали золотые искры. Откатившись, он неожиданно понял, что его душат, а чья-то рука уже поднимает для удара кинжал. Не приглядываясь, орк ткнул указательным пальцем в горло душащего, и закрылся обмякшим врагом от кинжала. Затем вывернулся из-под почти невесомого тела, отбил кинжал рукоятью топора и мощно добавил с локтя. Шипованный металлический налокотник с хрустом смял точеное лицо противника, и эльф упал под ноги сражающихся.
Крад огляделся. Прикс сворачивал эльфам шеи голыми руками, Оркад рубил направо и налево своим любимым черным зазубренным ятаганом. Ждан сек и кромсал тяжеленной алебардой, ворочая неподьемное оружие словно легкий боевой шест, Дакка, свирепо рыкая и страшно при этом матерясь, валил одного эльфа за другим могучими ударами боевой перчатки. Скоро враги дрогнули, но подкрепления уже отбивали многосапожную дробь по стенам и двору цитадели. Отряд елико возможно быстро прорубился к выходу и, оставив позади девятнадцать убитых и еще около десятка раненных эльфов, врезал бешеным бегом по катакомбам, обрушив позади себя своды туннеля.
Это был провал операции.
— =Power and Might=-
Крад отстал от своих, отстал ненамного, но все же этого хватило чтобы заблудиться в подземных анфиладах. Где-то наверху громыхали десятки, если не сотни, бегущих сапог, а он даже не знал, куда бежать! Ситуация исчерпывалась одним емким словом: «жопа».
Однако назгул не терялся. Быстро вычертив клинком меча в воздухе сложную фигуру, он ощутил, как его наполняет сила Тьмы. Защита от добра, магическая броня, «голые» инкантации боевых заклятий, позволяющие применить их при надобности практически мгновенно — Крад изготовился к схватке. Сапоги грохотали где-то поодаль, и орк позволил себе чуть-чуть припомнить «гражданскую» жизнь...
...гремящие потоки весенних вод в Мглистом Ущелье, великолепные водопады, коварные пороги...
...сплавы на лодках, вольное скалолазание...
...молодецкие соревнования: бег по серпантину горных тропинок, прыжки с водопадов, стрельба из арбалетов по горным грифонам...
...и приближающееся «грррум-грррум-грррум» сапог!
Оружие затрепетало в руках, предвкушая битву. Сердце забилось мерно и мощно, выкачивая в кровеносную систему молодого назгула весь потребный адреналин. Обострился нюх, слух и реакция...
Но тут из бокового коридора вывернулся матерящийся Ашшур, схватил Крада за шиворот и поволок за собой, не забывая время от времени бросать назад молнию-другую. Преследователи сперва поотстали, а затем и затихли вдали.
— =Maim and Slay=-
Родная пещера... Как же далеко она была...
Нары. Ведро-параша в углу. Узкое зарешеченное окно строго над парашей. Решетчатая дверь. Ноющие синяки по всему телу. Такова была реальность.
Сержант Умрун потянулся, хрустнув всеми костями, и оценил свое состояние как удовлетворительное: ничего не сломано, но все болит.
— Плохо? — осведомился кто-то за краем поля зрения.
Умрун резко повернулся на голос, чуть при этом не сверзившись с шконки (второй ярус все-таки...), и его глазам предстали... два тролля и хмурый дроу!
Два тролля, один в форме диверсионных войск, другой в черном гвардейском комбинезоне, и темный эльф в каких-то лохмотьях.
Ну, сокамерники...
— Хреново, — выдавил из себя сержант, вставая и выпрямляясь.
— А щас... ИМЯ? ЗВАНИЕ? ПОДРАЗДЕЛЕНИЕ? — гаркнул Умрун.
Голос сержанта создал в камере сатанинскую реверберацию, дроу заткнул уши, тролли зажмурились с неизвестной целью. Однако ответили на вопросы все трое быстро и споро.
— Рядовой Гррарх, второй разведвзвод, полк «Сталкер»!
— Лейтенант Кредарг, гвардии полк бронепехоты «Кригсманн»!
— Рядовой Сидхи, рейнджерский полк «Центавр»!
Умрун осклабился. Неплохо. И встал по стойке «смирно».
— Сержант Умрун, отдельный диверсионный взвод «Гнев». Лейтенант Кредарг, в связи с возникшими обстоятельствами считаю необходимым перейти под ваше командование.
— Вольно. Вас мы и ждали, сержант.
— ?
— Вчетвером мы можем элементарно выломать дверь. Втроем нам это почти удалось. Давно б высадили, но она открывается внутрь...
— Так точно!
В общем, скоро вся четверка, упершись ногами в стену и натужно кряхтя, вцепилась в толстые металлические прутья. Мучились долго. Но — в конце концов могучие тролльские мышцы плюс один дроу одолели камень — с ужасным скрежетом дверь сдалась и вылетела из пазов, выворотив попутно петли.
— Аааааа! Побег!!!
Умрун выскочил из камеры и бросился следом за убегающим эльфом — надзирателем. Брошенное врагом копье должно было облегчить его бег — но вместо этого оно погубило своего бывшего владельца.Умрун на бегу схватил оружие с пола и мощно, со всей силы метнул в удаляющуюся спину. Насквозь пробитый эльф перевернулся через голову, грянулся на пол и затих.
Второй эльф, отскочивший с сторону с пути несущегося во весь опор тролля, сунулся было в камеру, но гранитный кулак бронепехотинца буквально вбил железный нагрудник в грудную клетку противника, и эльф покатился по полу с переломанными ребрами, давясь кровью. Бронированным башмаком Кредарг смял голову врага в нечто совершенно непонятное, тот дернулся пару раз и замер.
И тишина.
Быстро и споро обрядившись в доспехи убитых и распределив имеющееся оружие — два копья, три кинжала и короткий эльфийский меч — бойцы переглянулись. «Что делать будем?» Такой вопрос повис в резко отдающем сладким запахом крови воздухе.
— Обождите, — пробормотал Умрун, шепча формулу подъема метрвеца.
Трупы зашевелились.
Умрун продолжал нашептывать инкантацию.
Труп, прошибленный копьем, медленно поднялся. В мертвых глазах горела ненависть, мертвые мышцы конвульсивно дергались, но он уже был в полном подчинении шамана.
Второй покойник, однако, подергавшись, начал терять форму, рассыпаясь серым прахом. Умрун плюнул на него, и труп распался весь.
— Вперед, — произнес наконец Кредарг, и отряд побежал.
В неизвестность.
Loading ...