МАД Коннектор Украинский МАД-коннектор – соеденим все мады.

Disclaimer: да всё тот же.

Отряд «Зелень» под командованием сержанта Асланы сегментированной серой змейкой шмыгнул через реденький лесок, прочимчиковал по гальке, форсировал на подручных средствах реку (Аслана — верхом на льве), и растаял в чаще на другом берегу.

— Долго ещё? — младший сержант Толедо проплясал на одной ноге, вытряхивая воду из уха, потряс головой, сплюнул. Под летним солнцем одежда и доспехи сохли быстро, но свет резал чувствительные оркские глаза и хотелось уйти в тень.

— Минут сорок, мы уже рядом, — Аслана, усевшись поудобнее на пригревшемся на солнце льве, расчесывала мокрые насквозь длинные чёрные волосы, доставшиеся ей по отцовской линии. Ей солнце было, кажется, достаточно по фигу.

— Отлично, а то устал я как сволочь...

— Почему «как»? — с ехидной ухмылкой прокомментировал эльф-шаман Елсон, выныривая из кустов, где он в течение последних двух минут выливал из сапог воду и выжимал свою чёрную накидку.

— Потому что на переправе не по воде шлялся как Иисус Христос, а плыл по-грамотному.

— Пошёл ты...

Елсон на переправе попытался левитировать над водой, но стандартная форма заклятия сработала несколько неверно, посчитала поверхностью дно реки, и эльф сразу же после эффектного пируэта провалился в омут, где заклятье цепко удерживало кастера в полуметре от дна. Достали его быстро и оперативно, но всё равно воды эльф хлебнул порядочно.

Для приличия поругавшись ещё минут пять, диверсанты двинулись дальше.

— = * * *=-

Двуручный захват на алебарде.

Тяжёлое дыхание.

Удар, парирование, парирование, пинок из-под веерной защиты, удар древком. Удар, отскок. Удар — уход в сторону от выпада отравленным кинжалом.

Пляска смерти.

И проклятия самому себе за тупость.

Первый же форпост противника обнаружил диверсантов, что, по сути, было делом нехитрым: Кредарг так и не усвоил ни одного урока по скрытным боевым действиям, да и отряд его, откровенно говоря...

В общем, тролли Кредарг, Арх и Гекат дали себя обнаружить. И вместе с троицей троллей обнаружился весь отряд. Они ввязались в битву, надеясь быстро смять небольшую кучку врагов, но подошедшие подкрепления рассеяли надежды горе-диверсантов.

И они отступали по лесному коридору, по бурелому и кустам.

Все восемь бойцов.

Прикрывали отступления воины Кредарг с Гекатом, оркина-назгульша Орхан и паладин Алестор. Жрецы отряда — Арх и Дайдо — не успевали лечить бьющихся «танков», и скоро Гекат вышел из строя — выпал назад, вертясь волчком и разбрызгивая тёмную кровь из разрубленного вместе со шлемом черепа. Приподнялся на локтях — но строй диверсантов уже переступил через него, и наседающие враги добили воина — подняли на два копья.

Их стало семеро...

Отмахнуться алебардой от надоедливого хумана-кнехта, лезущего вперёд с мечом-двуручником наперевес. Вбить богато увешанный мозгами и иной пакостью конец древка в очередной череп. Сбить с ног быстрого, лёгкого хоббита. Пинком разбить тонкий череп засранца.

Семеро против пары десятков. Поправка: семь усталых бойцов против двух десятков свежих, сытых, хорошо защищённых и вооружённых врагов.

Получила древком в лоб Орхан — минус линейный боец. Арх оттащил жену в сторону, чуток подлечил — но полностью восстановить не смог. Строй почти сломался, захлестываемый волнами атакующих. Кредарг широко размахнулся алебардой, заставив врагов отступить, но остался открытым для ответного удара, когда в чаще что-то мелькнуло.

— For blood, for honour, with power and might! — раскатилось среди деревьев.

И в следующее мгновение на дорогу шипящей ракетой вылетела затянутая в чёрное фигура с урудрумским булатным ятаганом в одной руке и длинным чёрным кинжалом в другой. Ещё через мгновение, смяв кусты и пробив насквозь низкую стену поваленных ветром трухлявых стволов, на оперативное пространство вылетел боевой лев.

— Урудрум! — хозяин льва кинулся в атаку, чуток опережая зверя.

Один из «светлых» выступил вперёд с копьём, но в последний момент, когда он уже собирался насадить атакующего на остриё, из-за бурелома в великолепном прыжке вылетел ещё один лев. Могучий удар лапы переломил древко копья пополам, а затем челюсти гигантской кошки сомкнулись на горле бойца.

— Ххххак! — один из наиболее деятельных «светлых» — хуман в тяжёлом пластинчатом доспехе — рубанул сплеча топором, но лев увернулся, вышиб топор из окольчуженных рук, и прянул вперёд, оглашая лес поистине дьвольским рёвом.

Удар когтями вырвал у хумана большую часть горла и солидный кусок подбородка — если б он выжил, то популярности в женском обществе не приобрёл бы точно. Но он предпочёл не выживать. Лев отпрянул назад, от хищно поблёскивающих копий и мечей.

И тут, собственно, и ввязался в драку орк, и следом за ним второй лев.

Однако оставшиеся «светлые» уже сбились в кучу, ощетинились копьями и орк, свалив одного врага, весь ушёл в веерную защиту. Кредарг бросился на помощь, но ещё раньше успело новое лицо, влетевшее, словно камень из катапульты, в середину импровизированной фаланги, размётывая и кроша солдат противника. Гном, в полном доспехе, с рунным топором наперевес.

Заметив пустоты в строю, с оглушительным боевым воем прыгнул в атаку чёрный орк, и под ударами ятагана свалились двое. Ещё один с визгом метнулся в кусты — но осел на землю с кинжалом в спине.

Кредарг убил ещё двоих бегущих, и тут, наконец-то, узнал двоих новоявленных спасителей.

— Дакка, мать твою! Квидл, чтоб тебя!!!

Орк с гномом переглянулись и радостно заржали.

— Каким раком вас сюда занесло?

— Каким, каким... — Дакка размашисто вытер ятаган о пёструю рубаху одного из убитых, — Каким и тебя, дурило! Цитадель буквально в трехстах ярдах, мы входим через подземный ход в сотне ярдов отсюда, вы роете дальше... диспозицию ж ты писал!

— Хм... — Кредарг почесал в затылке левой рукой. Правая рука при это чисто автоматически чистила алебарду о траву, загадив кровищей уже около квадратного метра растительности.

— В общем, порыли мы, — гном и орк растворились в лесу почти без следа, если не считать богато смятой гномом травы, исходящего от него же запаха чеснока и пива, а также густейшего мата, коим оба крыли почём зря.

Librarium Arcanum Exploratorium

World: Aladon
Race: Orc (neutral)
Specimen code: Dakka
Transcript as follows:

"...день на орбите мира Аладон. Оркское население планеты достаточно нестандартно и отлично от иных примитивных миров. Захваченный образец не буйствуя, сидит в камере и послушно проходит тесты.
"

"Объект откликается на орочье имя 'Дакка', распознаёть иероглифы Вааагх. Культура классического Ork'а, но искажённая.
"

"Физические данные: рост шесть футов два дюйма. Выживаемость на уровне обычного космического орка, состав крови идентичен, структура ДНК тоже.
"

"Отличия от космического орка:
1. Из-за низкой гравитация мира Аладон ноги не саблевидные;
2. Наличие чётко выраженных половых органов.
3. Костная структура ослаблена; напоминает костяк молодого орка-Yoof'а.
4. Мозг несколько увеличен вверх и вперёд.
5. Из оружия предпочитает кинжалы.
6. Обладает психокинетическими способностями на уровне Книжника-Лексикана.
7. Обладает сильно развитым головным волосяным покровом, который назвает словом 'хаер'.
"

«Образец отпущен обратно в мир. Процедура стирания памяти не удалась, но Эксплораторы позаботились о том, чтобы орк посчитал это воздействием внешних сверхъестественных сил.»

Disclaimer: Всё нижеприведённое является отмороженной стадией графоманства. События, описанные в оной стадии графоманства, частично имели место в дефматчах Fantasy Quake, Hexen Siege и Ninja Quake. Итак:

Две тени скользили... нет, не так, ничего подобного. Тени не матерятся, не лязгают железом, за ними не тащатся два боевых льва и одна из теней уж точно не должна разить на десять ярдов пивом и чесноком.

В общем, штурмовая группа «Мастер» в составе сержанта урудрумского полка горных егерей Дакки и ефрейтора второй фаланги Подгорного Королевства Гномов Квидла пёрла по подземным ходам к новым опасностям, без которых жизнь — так, недоразумение.

— ...жезл и сломался! — излагал Дакка окончание своей предыдущей большой операции, широко известной в Урудруме, и вошедший во все основные тамошние учебники по диверсионно-подрывной деятельности.

— И?

— В общем, там так акустической волной дало, что я в окно почти улетел, за льва вот тока зацепился, — егерь потрепал по голове старого исшрамленного зверя, идущего рядом, — и шишку об стену набил, Прикса с Кредом в обнимку по лестнице укатились, остальные кто как.

— А Саттия? Она ж жезл активировала...

Дакка вздохнул. Глубоко, болезненно. Нервная дрожь пробежала по зелёному лицу.

— Зашибло её там, — тихо произнёс орк, — на мне ударом армор покорябало, Прикс ближе стоял, у него кинжал и щит развалило, а она... в пыль.

— О как... — Квидл шмыгнул носом.

Дакка кивнул. И застыл на месте, раздувая широкие ноздри, напряжённо вслушиваясь в шорохи подземелий и всматриваясь сузившимися в ярко-красные щёлки глазами в темноту.

— Идут. Трое. Один тяжёлый, надо полагать, воин... Два... — рейнджер повслушивался в собственные ощущения, — ...кастера... пёс пойми кто.

Противник тоже заслышал приближающихся штурмовиков. Сверкнул открывающийся портал, высветив часть коридора и выплюнув три фигуры — буквально в двадцати ярдах! По одежде судя — маг, некромант и воин.

— Мочи их! — Дакка чёрной молнией бросился на врага, на бегу вынул из наспинных ножен ятаган и сорвал пристёгнутый к левому предплечью кинжал. Рядом неслись боевые львы, позади пыхтел Квидл, постепенно разгоняясь до крейсерской скорости.

Воин противника, по всей видимости эльф, выступил вперёд, выставив перед собой пику и размахивая над головой шипастым шариком кистеня. Высокий стройный маг (тоже эльф) зашептал заклятия, некромант встал у воина за спиной и вдруг выскочил на оперативное пространство и вытянул палец на приближающегося рейнджера.

— УМРИ! — слово мощи раскатилось под земляными сводами. Дакка споткнулся на бегу, кувырнулся через голову и покатился по земле. Воин подскочил к нему, ткнул копьём, егерь отпарировал взятым «пером» кинжалом, но открылся для удара кистенем.

— Барук казад! — Квидл бронированным тараном врезался в эльфа, сшиб его с ног, отбросил к стене, и, не сбавляя скорости, походя обезглавил некроманта. Фонтан крови ударил до самого потолка, забрызгав заодно мага с головы до пят. Квидл смачно шмякнулся в стену, резко повернулся и с непостижимой для тяжело бронированного гнома скоростью кинулся на мага. Маг пытался парировать смертоносный взмах тяжёлой секиры своим кинжалом, таким маленьким и игрушечным по сравнению с рухнувшим на него гномьим оружием. Кинжальчик, естественно, сломался. Маг отпрыгнул назад, но длинное лезвие топора самым своим концом рассёкло-таки ему ключицу, а затем Квидл дослал оружие вперёд, используя для усиления удара всю массу тела. Подавившись кровью и визгом, кастер повалился навзничь, изогнулся в агонии, заскрёб пальцами по полу. Тяжёлый башмак мощно ударил его в искажённое болью лицо и прекратил страдания.

Эльфийский же воин снова попытался добить рейнджера, но тот уже стоял в полный рост, угрюмо сверкая глазами, в боевой стойке, а рядом рыли когтями землю горные львы Мглистого Ущелья. Первую серию атак егерь без особого напряжения отпарировал ятаганом. Вторая разбилась о кинжал и бронированные наручи. Третья захлебнулась. Первый же выпад был перехвачен, и копьё, бешено вертясь, улетело с сторону. Затем егерь поймал гардой кинжала цепь кистеня и, намотав звенья на кулак, дёрнул. Потерявший равновесие воин повалился вперёд, на подставленный ятаган. В последний момент он вывернулся. Клинок проскрежетал по мифрильной кольчуге, эльф ловко откатился в сторону, взялся за кинжал на поясе, и — утонул во вспышке боли: один из львов, злобно рыча, вонзил зубы в окольчуженное плечо, чуть повыше налокотника. Естественно, кинжал вынуть не получилось, а лев мотнул гривастой башкой, видимо, имея целью оторвать руку ко всем чертям. Зверь не учёл прочности кольчужного плетения, и эльфа просто швырнуло в сторону. Подняться воин даже не пробовал. Затопленный болью мозг уже охватила апатия. Как будто откуда-то со стороны он видел, как к нему быстрым шагом подходит высокий орк, гипнотизируя рубиновым блеском глаз. Он видел, как рука в перчатке хватает его за длинные золотистые волосы, как резким рывком орк откидывает его голову назад. Затем в поле зрения появился кинжал. Появился, проплясал перед глазами и коротко резанул по открытому горлу...

— Готов, — Дакка вытер кинжал о камуфляжный плащ убитого эльфа.

— Та же фигня, — Квидл смачно высморкался на труп мага, и злобно пнул вытаращившую на него остекленевшие глаза головёшку некроманта.

Голова бодро подпрыгнула, и улетела в темноту, где с хрустом и лязгом врезалась во что-то металлическое.

— Дверь! — одновременно хрюкнули и гном, и орк. Эти собачьи служебные туннели не были освещены совсем, выходы на поверхность были фиг найти, и надо ж было найти один из них!

Через некоторое время Дакка, ощупав рельефные цифры на табличке у двери, радостно пояснял, где и когда они вылезут на поверхность. Ещё минут через пять Квидл вышибал толстенную дубовую дверь.на другом конце спиральной лестницы. И ещё через пару минут штурмовики выбрались на место.

— Твою мать! — прокомментировал Дакка, глянув на механический хронометр, извлечённый из глубокого кармана походного рюкзака. Почти опоздали. Времени на раскладывание сложных боевых устройств не было, его хватило лишь на то чтобы собрать маленькие складные арбалеты, смазать ядом когти львов, ятаган и кинжал, подточить топор, и — напоследок — осадить по фляжке с горячительным.

Хронометр резко затрещал. Настал час «Ч», он же время «Х».

— = * * *=-

Великая Война окончилась тотальным разрушением эльфийской цитадели, хранившей в своих недрах Жезл Командования. Из восьми диверсионных групп выбралась лишь одна, далеко не в полном составе. Но тотальная деморализация войск Светлых Сил сыграла свою роль. Расы Альянса вцепились друг другу в глотки, совершенно забыв про практически добитую Коалицию Мглистого Ущелья. И упустили момент, когда остатки Тёмных в самоубийственном марш-броске через оккупированную Долину Эльфов прорубили себе дорогу в Рэйдом. Император Рой Агламир вынужден был признать требования Коалиции. Демилитаризация Рэйдома (остались лишь полицейские силы) последовала в течение недели. Коалиция полностью восстановила свои позиции, выбив за пару дней врага из Урудрума и троллийских пещер. Затем Мглистое выступило с мирной инициативой, точечными ударами обезглавив радикальных «бойцов с тьмой» и введя ограниченные контингенты войск в основные города Аладона.

Позиция силы сделала своё дело. Восстановление разрушенного войной заняло не более года — Урудрум и пещеры состояли на 90 процентов из камня и железа, а эти материалы, как известно, не горят и оружием повреждаются слабо. Затем туманы вновь окутали Мглистое Ущелье, отгородив его от взоров любопытных, и лишь особо крепкие духом гномы, эльфы, инсектоиды и им подобные решались зайти туда — пообщаться с тамошними обитателями.

Однако не всё было спокойно во внешнем мире. Два года мира (а точнее, напряжённых тренировок личного состава троллийской Дивизии, егерьского полка и прочих тяжёловесных военных формирований) пролетели серой птицей, а капитан Кредарг, старший сержант Дакка и примкнувший к ним паладин-гном Квидл уже стояли в Зале Совета и выкладывали перед ошеломлёнными членами Совета детали новой операции, которая должна была в очередной раз спасти Мглистое от гибели.

Радикальная группировка «Воины Солнца», имеющая в распоряжении не меньше трех сотен отборных бойцов всех возможных рас и профессий плюс достаточное количество сочувствующих плюс невероятные объёмы пушечного мяса. Опасность, противопоставить которой Мглистое могло не более двух сотен солдат-ветеранов. Опасность, которую было так просто ликвидировать.

Пять малых диверсионных отрядов численностью от двух до восьми бойцов.

Пять точек в цитадели «Воинов».

Пять магокристаллов повышенной резонации.

В течении часа установленные в пяти симметричных точках крепости кристаллы должны были медленно раскачивать тонкие магические связи древней цитадели.

А затем один-единственный взрыв магической бомбы класса «Руна Смерти» обратит величественные стены и башни в груду битого камня.

Камешек звякнул по граниту, отскочил, закрутился, и канул в туман Мглистого ущелья.

Скучно.

Второй камешек пошёл удачней, и звякнул о вертикальную каменную стену утёса аж целых шесть раз, прежде чем его поглотило вязкое болото тумана.

Орк сидел на краю обрыва, свесив вниз ноги в тяжелых армейских ботинках. Он отковыривал кинжалом кусочки скалы, аккуратно целился и резким взмахом посылал камни вниз, в пропасть.

Эххх, как хорошо было с Вааагх...

Он вспомнил дробный перестук тяжелых болтеров, самоубийственные атаки, жестокие рукопашные, тяжёлую поступь гарганта, штурвал внеатмосферного штурмовика в руках...

Он вспомнил, как выжил один из целого моба байкеров, но взорвал-таки пехотный дредноут Кровавых Ангелов, ликвидировав угрозу флангового прорыва. Силовой топор тогда перерубил какие-то важные кабеля и шланги, дредноут грянулся на землю, а орк хладнокровно выстрелил в подбитую машину из болтпистолета. Искра, высеченная болтом, подожгла бегущее топливо, и в следующую секунду дредноут класса «Фуриозо» взлетел на воздух сотней жалящих осколков раскалённого, изорванного керамита, а Кровавые Ангелы замедлили наступление в нерешительности, и этой нерешетельности хватило, чтобы орки перешли в тотальную контратаку, поддержанную бронетехникой Культа Скорости.

По губам орка пробежала ухмылка.

Он вспомнил бои, битвы и схватки, в которых он выжил, не сломался и остался самим собой.

И вспомнил свой последний бой между звёзд...

— Нармек, вон он!

Крейсер готический класса «Лунар», освещённый ярким светом беспрестанно стреляющих батарей, был прямо по курсу. Нармек с воем и руганью вывел своё крыло на одну из артиллерийских башен, сбросил бомбы и ушёл куда-то вверх. Почти сразу же следом за ним с визгом пронеслись два имперских истребителя. Крыло Нармека вступило с ними в бой, потеряло один штурмовик, и, в надежде сохранить оставшиеся три, ушло врассыпную.

— Нармек, мать твою!

Нармек вынырнул позади истребителей из-за рубки крейсера. Турельные пулемёты изрыгнули огонь, и один враг изчез в ярко-оранжевом облаке пламени от взорвавшегося плазменного реактора.

Второй истребитель развернулся, выписав филигранный вираж. Малый лэнс выплюнул струю огня. Нармек не успел уйти в сторону. Его штурмовик схватил заряд в борт, потерял управление и разбился о борт крейсера.

— Падлы!

— Они убили Нармека!

— Крыло — боевой заход!

Гашетки щелкают под пальцами, яростно гремит и лязгает турельный пулемёт. Истребитель, схлопотав несколько пуль, предпочитает отступить, но парни из моего крыла не дремлют, и огненные трассы очередей беззвучно раздирают имперца на части. Возможно, пилот кричит там, в сгорающей машине. Мне всё равно.

Бомбы ушли! Свечой — от крейсера, от его оборонительных систем, в единоборстве с которыми можно потерять всё, и при этом не приблизиться к победе ни на шаг.

Что-то пошло не так.

Что-то сломалось.

Бортовая батарея рыгнула огнём.

А дальше было кошмарное падение на планету, рвущийся из рук штурвал, взрывы перегревшихся боеприпасов, молитвы Горку и Морку, чтобы такой взрыв не вызвал цепной реакции, чихающий из последних сил двигатель, приближающаяся горная цепь...

Удар и темнота...

Орк рыкнул на пробегающую мимо крысу. И вынул из кармана кусок стального листа с выбитыми буквами. Всмотрелся в сплетения злых рун.

"Dakka Grimskab Gormek Gargreg 'Oomiefragga
"

Вздохнул. Спрятал железяку обратно.

Когда-то он хотел улететь отсюда. С молотком и гаечным ключом он излазил весь штурмовик. До последней секунды он не верил в то, что машина не взлетит уже никогда. А когда поверил — впал в чёрную меланхолию.

Оркина в его жизнь пришла словно из ниоткуда. В армии Вааагх, где он провёл годы, сражались лишь такие, как он, бойцы и воины.

И он выкинул в пропасть ключ и молоток. Он разрезал и сбросил туда же свой штурмовик, оставив на память лищь табличку с именем пилота.

Но теперь его вновь посещают воспоминания о битвах. А когда орк из Вааагх желает битвы, Вааагх приходит за ним, и уносит с собой на гребне неудержимой зелёной волны.

Он сидит у обрыва, кидает вниз камни и вспоминает, вспоминает, вспоминает...

В его воспоминаниях полощутся по ветру темно-красные знамёна, могучие военачальники клянутся в верности варбоссу, нобы в мегаброне бросаются в атаки, и он там, рядом с ними, ощущая на плечах тяжесть мегаброни, чувствуя рукой силовые когти и комби-болтеры... он весь там. Когда-нибудь он туда вернётся.

WAAAAAGH!!! Da Orks!

Что ж пипл, с новым вас годом!

Имморталы, Hail! по списку: Вартог, Кромрог, Седна, Балгор, Лив, Тимоти, Чхаг, Влад, Хорневич, Аллира, Визимир, Хролес, Габриэлла, Эллайд, Ссс.

Морталы — Hail! Hail and Kill!

А дальше — клановое пожелание:

Саттии — больше спокойствия.

Умруну — пищевого довольствия.

Креду — флаг в руки и водку навстречу.

Ашшуру — квестеры лучшие вечные.

Архуну — вернуть именной браслет.

Лакиону — найти нормальный Инет.

Ренарду — больше трофеев на пузо.

Себе самому — удавить свою музу.

Всё, надоело. Рифмы и склады.

В общем, Камрады, отметим как надо!

Ёлка. Заседание съезда народных эльфийских депутатов. Стол «подковой», во главе стола старенький, сухонький дедушка-ельф (под тыщу лет ужо старперу).

Дедушка (в дальнейшем Д): Иииии, уважаимыи кондедаты... дилигаты... пфу, бл..., депутаты... собрании объивляитца открытым. Ик... пук... Председаааатиль...

Депутат от дроу: Kill with power!

Д: Регламент, регламент! Председааатиль — я! Секретаааарь...

Депутат от Светлых эльфов: Die Sonne schient mir aus dem...

Д: Реглаааааминт!!! Секретааарь — почтенная мэтресса... как её... пфу... забыл!..

Депутат от серых эльфов: Grey Havens my destiny...

Д: Бл...!!!

Депутаты (хором): Ich will!!!

Д: ЦЫЦ!!!

Депутаты: ...

Д: На повесткиии дня вопроосы... секретарь, зачитайтиии...

Секретарь (старая эльфячья бабка с плешью в полголовы, под три тыщи лет ужо старой...): Иииии, милоооок... забыла совсем старая, повториии...

Д: СТАРАЯ ЧУВЫРЛА, ПОВЕСТКУ ... ДНЯ ..., ... НЕДО... !!!

С: Ааааа, повестку... шшшас, милок, шшааас... Ой мля... ты уж звиняй старую, в тувалет обшшественный сдала... (гундит что-то про «послабление нравов», про «новомодные бронелифчики», етс).

Д: О! Вот и первый пункт! Имеют ли не-эльфы право пользования деревом как, понимаиш, писсуаром?!

Депутаты (хором): NEIN!

Д: Харашооо, понимаишь... переходим ко второму вопросу...

С: ...хорошо што в рот попал, а ну в глаз?..

Д: ...

Депутаты: ...

С: Ииии?.. вы шшшо, милки?

Д: ВТОРОЙ ПУНКТ ДАВАЙ, ДУРА СТАРАЯ!!!!

С: Шшшас, шшшас, придумаю... (достаёт газету, долго вглядывается в пожелтевшие страницы) о! Нацы... наца... цаца... цациональный вопрос, понимаиш!..

Д: Ага!

Депутаты: Ja, ja!

Д: В обшшем, пошли бить орков... надо убить всех оркин, изнасиловать всех орков, потом порвать их всех в куски и спалить, спалить на хрен (преображается; за плечами вырастают черные крылья, на голове растут алые рога, лицо вытягивается в крысиную морду), во славу Рогатой Крысы!!! Aksho Kharneth akhash, Aksho Slaaneth K'khaa, Aksho...

Тут его бьют по голове святым символом и уносят.

Из-за закрывающихся дверей Зала Совета слышится истеричное: «9857 заседание съезда народных эльфийских депутатов объявляется закрытым!!!»

— Мудаков видишь?

— Вижу ххххххх, ххххх, ххххх. (Дакка)

— Хантим?

— Угу (прихлебывает из бутылки).

— Эй, на буксире!

— Ы?

— Пошли хантить!

— Пошли.

Все дружно прихлебывают.

— Каст, каст, ... !

— ..., щас будет.

— ...! ... ..., ... ! (Дакка)

— Базару нет.

— ... !

Треск! Кто-то дал по рукам камраду, вампирящему пиво из чужой бутылки.

— ..., ..., ... . (Дакка)

— Стропали портал.

— Варп дайте.

— ... ...! Хороший жрец тащит с собой ... мешок ... варпов, ... тебя так!

— ... !!!

— Ладно, на, ... .

— ..., ..., ... . (Дакка)

— Паааашли!!!

— ..., ..., ... ! (Дакка)

— Впярёоооод!!!

— На, ... !

— Держааааал!!!

— ... !!! (Дакка)

— Мочи!

— Гаси!

— Бей!

— Проклинай!

— Ух, хорошооооо!

— ..., ..., ... !!! (Дакка)

Яростно булькают опустошаемые бутылки.

— ... !!!

— Проклял, проклял!!!

— Хххххак!

— И-эххх!

— ... ! (Дакка)

— Запинаю на ... !!!

— Аааа! ... вконец!

— ... !

— Напрасно старушка ждёт сына домой...

— И молодая не узнает какой у парня был конец...

— Экая кича...

— ...!!! ... ! (Дакка)

— Ха-ха!!!

— Ииии-хааа!!!

— Металл с нами, братья! (Дакка)

— Грабь, грабь, грабь!

— Хватай!

— Тащи!

— Ууууух!

— Ты смотри, ишшо он возмущается... ещё раз ему вставим?

— А то!

— О вратнулся, дурило!

— Х**к!

— Ээээх!

— ...! (Дакка)

— Тушка!

— Обирай по второму кругу!

— Всё, пошли делить.

— Разлуууука, тыы разлууука... ...! (Дакка)

— Седьмой, это Зелёный, как слышно, приём?

— Зелёный, это Седьмой, слышу вас хорошо. Приём.

— Седьмой, нужен каст, приём.

— Зелёный, вратаюсь.

ФАЗЗЗЗТ.

Лес. Полянка. Птички-зайчики. Зелёный.

Зелёный сиял ослепительно-белой аурой, на его лице читалась неописуемая, явно наведенная магическим воздействием ярость, а тусклое мерцание вокруг указывало на наличие силового щита. Топоры в его руках также светились явно магическими аурами.

— Седьмой, спешку.

— Пагхз... на фига тебе?

— Сенки, Седьмой. С меня пиво. Я тут портала жду, понимаешь. Вот и подумай своей умной маговской головой, на фига мне спешка.

Седьмой не успел даже произнести слово возврата, потому как пространство над ним с треском разорвалось, и вывалившийся из получившегося портала воин снес ему голову. Умную маговскую голову.

Зелёный страшно рявкнул, и, вывернувшись, буквально вколотил топоры в грудь противника. Тело дернулось и обмякло.

Не успел он вынуть топоры из свежеумерщвленной плоти, как из того же портала выскочила тонкая незаметная фигура в сопровождении двух громадных боевых львов, а затем высокий тролль в черной робе.

«Умри!» — мощный голос тролля заставил лесных зверушек разбежаться во все стороны километра на два.

Слово мощи грянуло могучим тараном в волю Зелёного. В течение какой-то секунды, показавшейся Зелёному вечностью, его жгло и кромсало, терзало страшным холодом и кислотой, он хотел кричать, но не мог, а затем... затем он сдался, и сердце милосердно взорвалось в его груди.

Погасла белая аура, затухло мерцание щита, лишь под остаточным воздействием спешки подергивалось в судорогах тело.

— Опять подраться не дал... — вздохнул рейнджер, рассеянно почесывая у льва за ухом.

Шаман сплюнул, с хрустом размял пальцы и принялся сноровисто обирать труп.

— =1=-

Силовая защита планеты прогрызена и пройдена, а на терминаторе уже разгораются яркие огоньки — стартуют ракеты планетарной обороны.

Взрыв и шок! Идущий рядом десантный шаттл капитана Тайро испаряется в жарком плазменном облаке, и осколки барабанят по обшивке.

Взрыв и шок! Шок и взрыв!

На терминаторе расцветает цветок тропосферного фугаса — прямое попадание в оборонительную станцию! Становится легче, но ненамного. Однако станции обнаружены, и на орбите уже гремят по палубам металлические башмаки элитных ликвидаторов, и звенят туго стянутыми спиралями пространства и времени телепорталы.

Еще одна! Радио взрывается рапортами от ликвидаторов. Одни уже выполнили задачу, другие прижаты огнем «у той здоровой кичи с парусом», третьи бегут на помощь, четвертым нужна огневая поддержка...

Яркий луч лазера планетарной обороны стремительным просверком уходит куда-то в зенит, мимо нас. В ответ с орбиты стартует плазменная бомба, но попадает она в цель или нет, нам неизвестно, потом что перегрузка вжимает нас в самую плоть шаттла.

Гррррруммммммм.

Свет. Тусклый. Живой.

— Седьмая Металтехническая, в атаку!!!

Из идущего на бреющем полёте шаттла горохом сыплется легкая бронепехота, мотоциклисты и штурмовики. Наконец шаттл делает финальный разворот, снижается и замирает на опорах среди камней и травы...

Рокоча сервоприводами, с десантного пандуса выбежали тяжеловооруженные бойцы Седьмой Металтехнической Ударной Армии.

Над их головами с вибрирующим ревом прошел ещё один транспортник, разбрасывая тугие капусулы десантирующейся техники. Капсулы на лету раскладывались в БТРы, танки, страйдеры и иные виды имперской стандартной бронетехники.

За горами уже вспыхивали и гасли столбы света — взрывалась техника, горели машины и гибли бойцы.

— Седьмая Металтехническая — а атаку!!!

Трещало ручное оружие, гремели орудия, ухали взрывы. Седьмая Металтехническая Ударная Армия шла в атаку.

— =2=-

Приданный Седьмой Металтехнической Двенадцатый Звездный Легион высаживался с другой стороны горной цепи, брутально и мощно расширяя захваченный плацдарм. Простреленное в семи местах знамя Двенадцатого Звездного алым сполохом металось над Первой Рыцарской ротой.

Алис Сенна, командир второго копья третьего звена роты вырвалась вперед, увлекая за собой целую волну бронированных кентавров — Имперских Рыцарей. Только что произошел прорыв небольшой секции фронта легионеров — и рыцари с гиком и грохотом сорвались в атаку. Алис, как и остальные бойцы Роты, боевого опыта не имела, но ей так хотелось оказаться в гуще битвы, резать и кромсать тела врагов Империи, стрелять и рубиться, рубиться и стрелять...

Скавенджерский тяжелый пульсомёт нашарил жалом ствола приближающуюся волну рыцарей и одинокую фигурку во главе...

ЗЗЗЗАККККК.

Алис Сенна, дочь Аэна Сенны и Кроу Сьюкси, внучка Гримма Сенны, споткнулась на ровном месте, кувырнулась через голову и замерла на боку, слабо подергивая фибромускулами четырёх бронированных ног. Волна рыцарей разомкнулась вокруг сбитой воительницы, и захлестнула скавенджеров, смяла и разбросала, как цунами. Удары силовых молотов и цепов свалили ещё двух рыцарей — и всё. Железный поток пронесся по трупам, развернулся и потёк обратно, туда, где легионеры сцепились с элитными подразделениями вражеских страйдеров.

— =3=-

Алис Сенна выжила. Выжила, потому что хотела жить, а значит — сражаться. Выжила, несмотря на сломанный позвоночник. Выжила, несмотря на сожженную левую руку. Выжила и смотрела теперь на мир меха-глазами, вставленными вместо взорвавшихся от перегрузки «родных».

— =4=-

Объект: Мегаполис.
Тип: Артефакт-город.
Класс: Неопределен.

Резолюция совета: послать разведотряд.

Командир экпедиции: Алис Сенна, риттергвардии лейтенант.

Состав: семь пехотинцев, три ликвидатора, два исследователя.

Дано в Совете 12.10.77

Мэллорны горели весело и ярко.

Фаромаут Скрилонн отступал, отмахиваясь от атакующей орды своей рапирой, той самой знаменитой «Честью», откованной подгорными гномами и зачарованной лично Магриаром Стратоварием, верховным Архимагом.

Битва была проиграна, тотально и с концами. Магичка, ставившая нексус, перепутала широту с долготой, и передовой отряд сразу же налетел на конный оркский разъезд. Бойцы авангарда погибли, не успев даже сомкнуть щиты.

Магичка ещё пыталась замкнуть нексус на себя, чтоб, пусть ценой увечий, закрыть врагу путь в сердце эльфийской твердыни. Бесполезно! Выскочивший из портала пехотинец в самоубийственном прыжке подмял её под себя и, уже получив четыре стрелы в спину, сомкнул-таки клыки на тонком, изысканно-бледном горле Ариэллы Флаиран из дома Граимон.

И тогда стало ясно — всё, хана, крышка. Взвод Фаромаута обреченно сомкнул кольцо вокруг портала, пытаясь выиграть хоть немного времени для отступления некомбатантов Леса.

Скомбинированныя ярость и количество вырвавшихся из мерцающего овала нексуса орков — и стена сияющих эльфийских доспехов.

В этом соревновании проиграла стена.

Выехавший впереди орды командир Гракмоб лично расплющил в кровавую пульпу троих бойцов оцепления. Вырвавшиеся следом воины Седьмой Ураганной истребительно-террористической бригады закончили дело быстро. Пугающе быстро. Сверкающая цепь растаяла, как льдинка в кулаке, а орки всё перли и перли из нексуса, посылая тучи коротких тяжелых болтов из своих стальных арбалетов, размахивая саблями, мечам, ятаганами, булавами, топорами и алебардами.

Гракмоб съехался с Фаромаутом в самой гуще сражения, оркский прямой меч встал против рапиры. Первый же удар эльфа попал точно в цель — широкую оркскую грудь. Однако надетый под кожаную боевую куртку скавенблайтский тяжелый доспех лишь презрительно заскрежетал под остриём, а орк широким плоским взмахом снес с Фаромаута шлем и длинную прядь волос. Обливаясь кровью, эльфийский рыцарь тяжело рухнул под копыта боевых коней.

Впрочем, он тут же откатился в сторону, и, встав, возглавил отступление выживших. Точнее, пяти эльфов-разведчиков и одного спешенного рыцаря.

Разведчики погибли один за другим в течение шести минут. Рыцарь, в пробитых и смятых латах, пытался прорубиться сквозь сомкнутые вражьи ряды к секретному подземному — что ж, ход достался оркам, кинувшим вслед рыцарю пороховую гранату.

И теперь Фаромаут Скрилонн отступал. Отступал один, обреченно сознавая, что ему не уйти. А когда черная метательная звезда вырвалась из-за орочьих спин и вонзилась ему в середину лба на всю длину отточенной стали луча, эльф возблагодарил Владычицу за быструю смерть.

Мэллорны догорали грязным, чадящим пламенем.