МАД Коннектор Украинский МАД-коннектор — соеденим все мады.

3. Кровь Королей.

— Мать, мать, мать... — шептал Дакка, разглядывая обстановку подземной залы, в которую забрался через вентиляционную отдушину. Мягким кошачьим шагом диверсант шёл вдоль стены, и видел лишь засохшую кровь, зеленоватые в свете газовых факелов кости и изломанное оружие. Здесь произошла битва, и неслабая.

Тихий стон донёсся до чуткого орочьего слуха, и разведчик двинулся быстрее. Стон повторился, Дакка чётко засёк его источник и пошёл на полусогнутых, держа обнажённый ятаган на уровне пояса.

Стонала молодая девушка, по виду — эльфка, заваленная ворохом каких-то шкур так, что свободной осталась лишь гладко выбритая каким-то извращенцем голова.

Не особо задумываясь над тем, что он делает, Дакка подбежал к лежащей и принялся разбрасывать в стороны шкуры. Гражданских нужно эвакуировать, думал он, и за этими мыслями почти проворонил свою приближающуюся погибель.

Громадная клешня демонетты Слаанеша щёлкнула у самого лица отпрянувшего назад диверсанта. Кончик второй клешни сщёлкнулся на бедре орка и без особого усилия перекусил мышцу, защищённую плотной тканью штанов, способной в принципе выдержать удар мечом.

Орк ткнул не успевшую пока встать демонетту ятаганом в обнажённую грудь, отпрыгнул, достал из ножен кинжал — и застыл. Широкие ноздри Дакки щекотал какой-то странный, резкий запах, от которого хотелось многого и не хотелось ничего, кроме НЕЁ.

Демонетта вперила свои мертвенно-чёрные зрачки в глаза диверсанта, гипнотизируя его. Медленно поднялась, провела клешнёй по краям раны, сладострастно вздохнула. Дакка нервно сглотнул. Руки сами выпустили оружие. В мире не существовало больше ничего кроме него самого и демонетты. Он шагнул вперёд, к раскрывшимся в пароксизме страсти клешням...

Щёлк! Демонетта рухнула навзничь с арбалетным болтом в горле. Попыталась подняться, но обрушившийся откуда-то сверху топор снёс ей голову.

— ДЬЯВОЛ! — Дакка только-только осознал что с ним произошло, — сучий гипноз!

— Угу, — ответил Квидл, обтирая рогожкой с лезвия топора мерзостный розовый ихор, — а ещё безбожные демоны, нечистая сила и вообще ересь.

Дакка фыркнул. Паладинские гоны, заскоки и глюки его не касались.

— Кстати, вопрос. Откуда ты-то тут взялся, камрад?

— Да... Часовой этот... как вы ушли, он чего-то гоношиться начал, потом порвало его надвое и изнутри гадость какая-то полезла. Ну, порубил я её с Божьей помощью, порубил на совесть...

— Стоп. Что за гадость-то была?

— Да собака какая-то чешуйчатая...

Если бы Дакка или Квидл знали, что Гончая Кхорна — далеко не заурядная псина, они б уже полным ходом освящали оружие и готовились к отчаянной обороне. Но они этого не знали, как не знали и того, на что способен этот зверь.

— Пошли, — орк хлопнул гнома по плечу, и они двинулись по лабиринтам норы Скавен. Откуда здесь взялись демоны, и что с этим делать — вопросы, достойные того, чтоб искать на них ответы.

А в густой темноте, куда не доставал свет факелов, по следам диверсантов кралась на четырёх лапах жутковатого вида, причудливо изогнувшаяся тень.

4. Власть Меча.

Звенело и гремело, но звук не разносился, как привыкли диверсанты, на десятки метров. Мягкие земляные стены глушили эхо, и коридоры давились ударами металла о металл.

Закованные в глухие чёрные латы воины наступали по всей ширине коридора, умело используя свои козыри — большие пятиугольные щиты, длинные копья и полутораручные мечи-бастарды. На расстояние удара кинжалом смог проскользнуть только Лановар. Размытые очертания эльфа миновали стену смертоносного железа, а затем бронебойный трёхгранный кинжал-баллок пробил железный ворот и вонзился горло высокому бойцу, уже замахнувшемуся было мечом. Затем эльф оттолкнулся ногами от так кстати оказавшегося рядом щита и в немыслимом пируэте ушёл от ответных атак.

Закованный в железо Кредарг отбивал атаку за атакой, периодически обезоруживая одного-другого противника, но обезоруженному тотчас же передавали меч либо копьё из задних рядов атакующей орды, над рядами которой болталась чёрная тряпка флага со знаком Хаоса Неразделённого.

Аслана изощрялась в стрельбе из арбалета по щелям в забралах. Взрывающихся стрелок у неё хватало, но цели, достойной применения секретного оружия, в наличии не было — командир, по всей видимости, держался где-то позади, и оркина била простыми железными болтами. Два из них уже попали в цель — два хаосита свалились на пол нелепыми железными куклами. Орда прошла по телам и оставила их позади.

Удачный выпад почти поразил Кредарга в защищённое лишь кольчужной сеткой горло. Тролль уклонился от удара, но потерял равновесие, и в следующий момент два меча рубанули его по шее. Кредарг подпрыгнул. Бронированный воротник и оплечье плюнули искрами, а затем Арх произнёс два слова Силы, и оружие вспыхнуло в руках воинов раскалённым багровым огнём. Хаоситы завыли от боли. Выли, впрочем, недолго — выпад Алестора и удар бронированной перчатки Кредарга отослали их обоих к престолам Богов Хаоса. Один из покойников упал в паре шагов от ног Кредарга, и это был шанс показать своё искусство шаману отряда.

Умрун выскользнул из-за спин сотоварищей чёрной змеёй, схватил свежеубитого хаосита и вдёрнул обратно, под защиту отряда. Быстро снял с покойника шлем, сделал два разреза жертвенным ножом на лбу, плюнул в рану и быстро-быстро зашептал инкантации.

К тому моменту как диверсантов в очередной раз потеснили, Умрун уже отставил труп к стенке и продолжил отступление вместе со всеми. Похоже было, что мертвец оживать не собирался, однако как только первые ряды хаоситов миновали покойного, он совершенно внезапно поднялся и, издавая глухой утробный рык, принялся душить своего бывшего соратника, имевшего несчастье оказаться в пределах досягаемости.

Лановар не преминул бросить в зомби полный комплект защитной магии. Арх взмахнул руками, что-то пробормотал, и в глазах мертвеца заполыхал огонь самого Ада.

Воспользовавшись смятением в рядах противника, диверсанты бежали по лабиринтам норы, закрывая и запирая за собой двери, и, где возможно, обрушивая своды тоннелей.

2. Восславь и убей.

Часовой штурмовик тихонько напевал себе под нос какую-то песню, и прогуливался вокруг входа в нору скорее для проформы, чем ради реальной обороны. Поигрывая ржавой алебардой, толстый чёрный скавен пинал в пыли старый рваный ботинок, и был настолько увлечён этим, несомненно, высокоинтеллектуальным занятием, что не заметил, как его окружили.

— Пикни и сдохнешь, — произнёс здоровенный гном, выразительно играя тяжёлым топором.

Несмотря на то, что убивать его никто покамест не собирался и инструкций типа «брось оружие, лапы в гору» не выдавал, штурмовик моментально обмочился, выронил алебарду и задрал лапы в небо.

Подкравшийся сбоку Дакка свалил скавена на землю одним точным ударом обтянутого беспалой кожаной перчаткой кулака. Штурмовик упал мешком и, по всей видимости, вырубился.

Связав «воина» его же штанами и курткой, диверсанты окружили вход в нору — чёрный провал диаметром в полтора метра. Переглянулись. И начали спуск в темноту.

Впереди пустили Аслану с наплечным потайным фонарём. Следом за ней крался Лановар, за ним Кредарг, Арх и Алестор; замыкающим шёл Умрун. Квидл остался караулить часового, Дакка вознамерился забраться в нору через обнаруженную в кустах неподалёку отдушину и, по всей видимости, уже забрался в самое кубло врага.

Луч фонаря выхватывал их темноты земляный стены и пол, играл на капельках конденсата, разгонял жирных чёрных крыс. Признаков жизни вокруг не ощущалось. Земля гасила звук шагов, и так, практически бесшумно, диверсанты вошли в небольшую залу.

— Всё тут такое... мёртвое, что ли, — сообщила Аслана, останавливаясь, — не нравится мне это.

Рейнджеры всегда особенно остро чуяли тотальное отсутствие жизни вокруг, и Аслана не была исключением. И она первой почувствовала, как из тёмного коридора к отряду приближается что-то мёртвое настолько, что даже черви-трупоеды не смогли бы ЭТО пожрать. Волны ненависти накатывали из темноты, и Аслана отступила на шаг, прежде чем взять себя в руки.

Два жеста, и отряд рассыпался по помещению; Алестор встал слева от входа с мечом наготове, Лановар заготовил пару заклятий, Арх приготовился обращать нежить. Сама Аслана быстро разложила два арбалета, бросила один Умруну, а второй зарядила экспериментальной стрелой со взрывающимся наконечником и вскинула к плечу.

Густого алого цвета кожа обтягивала могучие мышцы. Зелёные глаза тускло мерцали на чудовищном лице. Длинные красные рога, зелёный ворпальный меч в руках. Оно пришло.

Арх выкрикнул формулу обращения нежити, и почти ощутимый физически поток управляющей энергии метнулся к чудовищу, оставляя за собой едкий запах озона.

Монстр пошатнулся, но на ногах устоял. Рыкнув, он поднял над головой меч и шагнул вперёд. Тяжёлая когтистая лапа ступила в освещённое помещение, а затем чудовище одним прыжком бросилось вперёд.

Алестор не сплоховал, и его удар сделал бы честь даже лучшим мечниками прошлого. Широкий плоский размах меча — и клинок врезался в мускулистый живот атакующего, нанося ужасную рану и сбивая монстра на пол. Паладин крутнулся, высвобождая меч из внутренностей сражённого, и встал в эффектную стойку над телом.

Однако демоны-кровопускатели умирают очень плохо, для этого нужно постараться. В данном случае стараний не хватило самую малость; Алестор еле успел отскочить от взмаха зелёным клинком, заставившего зестонать взрезанный воздух. Демон поднялся на ноги, рыча и выписывая мечом восьмёрки. Распоротый живот уже почти полностью зарос, к ужасу диверсантов.

Щёлкнула тетива, и арбалет Умруна выплюнул короткую железную стрелку. Демон рыкнул, попытался отбить снарядик мечом, но не успел, и в следующее мгновение болт засел у него в глазнице.

Вне себя от ярости, кровопускатель бросился на Умруна. Кредарг выступил вперёд и в приседе рубанул алебардой по ногам демона. Чудовище упало, и подскочившая Аслана выстрелила своей стрелой в упор, в затылок лежащему, и магический взрыватель разнёс искусно изрезанный наконечник на несколько десятков острых осколков, разорвавших «плоть» и разбрызгавших в стороны «мозги» демона. Мгновенно обмякшее «тело» приземлилось с глухим стуком, да так и застыло без движения, лишь зеленоватый ихор вытекал из ран.

— Готов, — прокомментировал Кредарг.

Умрун подошёл к трупу, бесцеремонно перевернул на спину. Присмотрелся, сплюнул.

— Из этого нежить не получится, — сообщил он, сплёвывая на покойника.

— Мдааа... не враг, а просто жопа, — добавил Лановар, рассматривая убитого через призму магического зрения.

— Меня больше интересует, в какую ж тогда жопу залез разведчик наш Дакка, — задумчиво произнёс Арх, уставившись в темноту коридора.

1. Начало.

Убийцы скользили тонкими чёрными тенями по тёмным переулкам Города Крыс. Бесшумно ступали когтистые лапы, без шороха развевались чёрные накидки, не звякали туго притянутые ремешками «рыдающие» клинки и звёзды.

Не замеченные никем, кроме большой чёрной крысы, спугнутой потрошителем Рэнсидом, воины Эшина остановились у солидного здания чёрного бутового камня. Мастер Сликвит постучал в дверь рукоятью меча и оступил назад и в сторону.

— Входите! — рыкнули из-за двери.

С грохотом отодвинулся ржавый засов и дверь распахнулась.

До рези в глазах вглядываясь в темноту, убийцы вошли в глубокий мрак здания.

Щелкнуло, и зеленоватые огоньки газовых факелов клана Скрайр осветили помещение.

— Итак, — пророкотал тролль, вальяжно развалившийся в каменном кресле посреди комнаты, — вы пришли с информацией и заданием.

Дверь захлопнулась. Краем глаза Сликвит углядел высокого орка в скавенблайтских доспехах, задвигающего нещадно скрежещущий засов и защёлкивающего фиксаторы.

— Я знать-знать что вы здесь-здесь не просто так, — начал Сликвит.

— Естественно, ведь ВЫ ж нас вызвали из Урудрума, а не мы вас! — прокомментировал тролль.

— Капитан Кредарг, мы хотеть чтоб вы-вы знать-знать: миру грозит-грозит опасность.

— В очередной раз? — удивился орк у двери.

Убийца неодобрительно взглянул на него, увидел знаки и эмблемы Урудрумского егерьского полка, лычки старшего сержанта и неожиданно понял, кто стоит перед ним.

— Сержант Дакка, я помнить-помнить как вы учить нас-нас диверсионному делу. Танквол знать-знать кому платить. Танквол вызвать вас-вас сегодня, Танквол просить-просить помощь.

— Помощь? Танкволу? Агенту Совета Тринадцати? Что можем мы, чего не может он?

— АБСУРД! — громыхнул Кредарг, поднимаясь.

— Нет-нет, это не так-так! — Сликвит отступил к стене, — Танквол силён-силён, но его сила-сила ослабевает в Скавенблайте! Он не знать-знать где точно скрываться враг-враг;он не пошлёт Эшин-Эшин пока не знать-знать куда точно нужно бить-бить!

— Понял, — ответствовал Кредарг, — значит, мы должны найти этого самого врага, подавить и изчезнуть? Легко и просто, два пальца.

— Сержант, вы не видеть-видеть этот враг-враг! Даже Сникч-Сникч из Эшина бояться теперь в открытую стоять за Танквола! Они убивать всех кто им мешать-мешать! Они хотеть сместить Совет Тринадцати!

— Вам не привыкать, — фыркнул Дакка, — Лорды Чумы воевали с Советом уж не помню сколько лет, а потом всё равно замирились. Дежа вю, а?

— Нет-нет! Новый враг, они хотеть-хотеть сместить Совет Тринадцати и принести мир-мир в жертву Рогатой Крысе-Крысе! Они не осознавать свой-свой поступок!

— Кто? Имена, места явок, примерная дислокация! — рыкнул Кредарг.

— Клан Скирк, нора на юг-юг от Скавенблайта, вот карта! — Сликвит вынул из складок плаща кусок пергамента и передал Кредаргу. Тролль секунд пять поизучал карту, затем повесил на спину накрест алебарду и меч, проверил, легко ли выходят из ножен кинжалы. Вздохнул.

— Вперёд, — произнёс капитан. Дакка нажал один из камней на стене и факелы вспыхнули с новой силой, а в стенах начали открываться разнокалиберные магические ворота и порталы, впуская в здание бойцов Урудрумского Диверсионного Корпуса.

Диверсанты, знакомые Сликвиту по занятиям по диверсионной подготовке. Ефрейтор Квидл, читавший лекции и показывавший на практике приёмы борьбы против магов. Лейтенант Алестор, преподававший рукопашный бой. Сержант Аслана, эксперт по скрытым действиям в тылу врага. Сержант Лановар, уже старый суровый ветеран, обучавший в своё время магов Эшина. Сержант Умрун, механик и некромант.

Дакка отворил дверь, и диверсанты, построившись в походную колонну вышли в ночь, печатая шаг. Умрун затянул строевую песню, отряд подхватил.

Rip their flesh!
Burn their hearts!
Stab them in the eyes!
Rape their women as they cry!
Kill their servants!
Burn their homes!
'Till no blood's left to spill!

— Hail and Kill! — гаркнул Дакка, и стало тихо. Не гремели по мостовой подкованные ботинки, не надрывались глотки, не звенело снаряжение — наступила тотальная тишина. Диверсанты перешли на скрытный режим перемещения.

Тяжёлый магоноситель класса «Габриэлла» взрезал воздух на предельной высоте. В могучих силовых захватах под брюхом магоконструкта висела чёрная сфера со злой алой руной. Пилот — старый одноглазый орк совершенно бандитского вида — наблюдал за приборами.

А как только астралорадар показал полное соответствие координат магоносителя и цели, «Габриэлла» отпустила заряд. Быстро разгоняясь, сфера пошла к земле, и руна на ней начала ярко светиться...

— = * * *=-

— Бегом, бегом! — орал Дакка. Времени было катастрофически мало, и отряд не успел бы отбежать от крепости на положенное расстояние. Однако сержант вспомнил, что при проведении ранней разведки во внутреннем дворе был обнаружен ангар, вполне возможно, что с функциональным маготранспортом внутри.

Фсссш, фссссш! Сссссстонк! Два лука и арбалет плюнули колючей смертью. Бегущий впереди Дакка отлетел на метр назад, и, по всей видимости, потерял сознание. Из забрала шлема торчал хвост арбалетного болта, в левом плече, которым егерь в последний момент успел закрыть грудь, торчали две стрелы — эльфийская, с игольчатым наконечником, и хуманская тисовая, с наконечником елико возможно иззубренным.

Отряд залёг, отстреливаясь из трёх имеющихся в наличии арбалетов, но стрелы сыпались так густо, что для выстрела диверсантам предоставлялось слишком мало возможностей. Фатально мало.

Валяющийся дровами Дакка неожиданно ожил, бодренько отполз в укрытие, к своим, вынул из раны эльфийскую стрелу, выдрал хуманскую, поморщившись, залил рану антидотом и рванул к своим, потеряв на ходу болт из визора забрала. По непонятной причине стрелы не полетели.

Орк, не совсем понимая такой расклад, развернулся, и тут ему в глаза ударил ярчайший свет; в следующую секунду шоковая волна магического взрыва отбросила его назад. Бомба приземлилась.

В глазах плясали разноцветные круги, голова гудела. Сержант даже не заметил, как отряд подхватил его и поволок в ангар медленно крошащейся в пыль цитадели.

К тому моменту как тяжёлый десантный маготранспортник «Аллира» оторвался от каменного пола, и, набирая скорость, взлетел вертикально вверх через распахнувшуюся семилепестковую диафрагму крыши ангара, орк более-менее прочухался, сел за нижнюю турель и выглянул в смотровое окошко.

Могучие стены крошились, башни рушились. С одной из них в последний момент стартовало отделение инсектоидов. Разглядев командира, Дакка отсалютовал. Тот приветственно качнул надкрыльями и рванул к горизонту.

В десантном отсеке диверсанты пристёгивали ремнями бессознательного Алестора, загоняли в специальные клетки четырёх львов, рассаживались по местам сами, проверяли напоследок снаряжение. Задание было выполнено.

Внизу в это самое время понялся в воздух ещё один маготранспортник — громадная конструкция из дерева, стали и искажающего камня.

— Цель на девятнадцать один шесть! — гаркнула Аслана, выкручивая рулевые рычаги и посылая «Аллиру» в крутое пике. Дакка вывернул турельный огнемёт, надавил на гашетку. Вражеская машина в последний момент ушла из-под удара, две её турели изрыгнули серию огненных шаров и пару ветвистых молний. Тряхнуло.

— Восемнадцать два девять! — снова заорала Аслана, разворачивая транспортник. На нём были три турели — одна огнемётная внизу, и две молниемётных по бортам. У противника имелся тяжёлый бомбардировщик «Армагон» с молниемётом, файрбольным пускателем и двумя полиболами для отстрела перехватчиков. Против брони «Аллиры» стрелы полибол были бессильны, но у «Армагона» оставалась ещё маневренность.

Занявшие бортовые турели Квидл и Толедо открыли огонь почти одновременно. Молнии оплели смертоносной сеткой борта не успевшего отвернуть в сторону «Армагона», где-то внутри машины что-то ухнуло, и файрбольная турель неожиданно разлетелась в огненной вспышке облачком расщеплённого дерева и оплавленного металла.

Бомбардировщик в отчаянии принялся палить из полибол. Стрелы высекали искры из бронепокрытия, застревали в дереве, но вреда «Аллире» причинить не могли в принципе. Однако неожиданно ударившая из-за града стрел молния вред причинить могла. И причинила.

Транспорт клюнул носом и пошёл к земле.

Ввыпрыгнув из турели, Дакка бросился в кабину пилота. Точнее, упал прямо вниз — «Аллира» падала почти вертикально.

Аслана бессильно повисла на ремнях кресла. Волосы у неё почти полностью сгорели, от одежды курился лёгкий дымок. Электроудар в кои-то веки попал куда надо, подумал Дакка, подбираясь к управлению транспортом.

Экс-пилот орочьего штурмовика вцепился в рычаги, превращая падение в «штопор».

Тряхнуло ещё раз! Каждый удар сопровождался густейшим матом и отчаянным рычанием экипажа, а «Аллира» уже выходила из штопора красивым иммельманом, и её турельные орудия получили возможность стрелять в нормальных условиях, когда перегрузка не заставляет сознание меркнуть и расстояние до противника не увеличивается с ускорением свободного падения. Две молнии вновь огуляли «Армагон», и на этот раз, похоже, дело было окончено. Горящая руина вспахала поле где-то внизу, въехала в лес и застыла среди деревьев, поплёвывая в стороны искрами и электроразрядами.

Дакка поставил режим «вертикального парения» и принялся освобождать Аслану от ремней. Сплавившуюся пряжку он расстегнул с пятого раза; при попытке же поднять рейнджершу с места она так жалобно застонала от боли в обожженной коже, что у Дакки аж волосы на загривке дыбом встали. Вздохнув, он пристегнул раненую покрепче, а сам сел на место второго пилота.

Тут, собственно, внимание егеря привлекла очередная вспыхнувшая на ауспексе сканера точка. Повреждённая «Аллира» в данной ситуации не могла ни биться , ни бежать — не хватало скорости. Посадка же в виду приближающегося вражеского маготранспорта выглядела самоубийством. Не долго думаю, орк предпочёл честную гибель.

— Принимаем бой! — рявкнул в интерком Дакка, начиная боевой разворот.

И с руганью ударил кулаками по ауспексу, едва заметив фигуру, высунувшуюся из верхнего десантного люка приближающегося транспорта.

Арх.

Живой.

Здоровый.

Демонстрирующий кулак с оттопыренным средним пальцем.

Транспортники сблизились, Арх что-то заорал, но вдруг словно заикнулся, а затем его вдёрнула внутрь мощная рука, бугрящаяся мощными мышцами, и на свет божий появился глупо ухмыляющийся Кредарг. Избитый, но живой. Дакка ради такого дела открыл фонарь «Аллиры» плюнул в капитана, не попал, и снова закрыл прозрачный колпак во избежание ведения ответного «огня». Но Кредарг, не оригинальничая, только продемонстрировал уже известный жест, сразу же залез обратно и захлопнул люк.

— От козёл! — прокомментировал Дакка.

Два транспортника развернулись и двинулись домой.

На закат.

P.S.: вы думаете, это всё?..

Задолбали. Форменно.

Не знаю я такого слова — ролеплей.

Не могу представить себя сволочью-вором или чистоплюем-паладом.

«Живу» в мире так, как умею.

Не понимаю, как можно быть то одним, то другим человеком в разных лицах.

Скулёж «неролеплейно!» сидит гвоздями в ушах. Ответить клинком на оскорбление — не отвечает требованиям к РП орка? Разве кто виноват, что целое кубло сволочи развелось среди вроде как благородных и утонченных эльфов?

Игроки «ролеплеят» расу, которую сами создают. А создают они подобие рас из... хммм... подведем аналогию в AD&D... Dark Sun, наверное. И им это нравится.

Далее: не дело стороннего наблюдателя высказывать мнение по поводу занимаемого человеком в мире места. Бывают ведь и благородные тролли, и сволочные гномы-эльфы-кто-там-ещё.

Потому — мы имеем озлобленный мир, изредка озаряемый умирающим светилом. Среди руин жалкие остатки древних цивилизаций, неспособные более на созидание, несут друг другу разрушение и смерть.

Мы и есть эти остатки. И я не жалею, что принадлежу к ним.

— Клан! В седло! У ***** шмотки хорошие! Паааартал — ставь!

— Последний варп! Надо ещё достать!

— Гейтаюсь... На тебе варп.

— Сафхар.

— Вперед!

— Не жди пощады, враг!!!

— Саусабру.

— Хххак! Ххххак!

— Зарублю как ссссобаку!!!

— ЛЕЧИ! ЛЕЧИ! ЛЕЧИ! Аааааккхх...

— ... мать!!!

— Нозелакри.

— Готов!

— Налетай на шмот, братва.

— Возврат.

* * *

— Нагрудник — воину, он богаче всех дамагил... шлемак — вору, у него стерся...

— Не то слово, шеф! Дырку какая-то мразь давеча ножиком прошибла, чуть не сдох блин...

— Да, да... так, перчатки... перчатки мне. Рейнджер!

— Я!

— Повязка погонщика. И инквизитор.

— Урррряаааа!!!

— Мечик опять же варриору, мне кинжал, вору кинжал, магу копьё, жрецу кистень, жрецу же висльку на шею...

— Шеф, это не висюлька, а брелок!

— Цыц, я сказал... вот эту фишку я дочке подарю... а вот эту куртку жене.

— Шеф...

— Да?

— Можно вооон тот пояс?

— Так... да, пояс тебе, жрец.

— Премного благодарен!

— Пошли теперь делев вору отбивать...

— = * * *=-

На точке отряда «Зелень» шла битва формата «свалка». Резонатор дрожал и мерно гудел. Установленные рядом с ним и нацеленные на единственный вход в помещение самозарядные болтомёты плевались железной смертью, но враг пёр и пёр с самоубийственным пренебрежением к собственной жизни. Солдаты падали, но два командира, стоявших позади, продолжали гнать их на убой. Боезапаса пока хватало. Враги, добравшиеся таки до болтомётов, срубались на месте.

— Равновесие сил, ха! — проорал Елсон, кремируя заживо очередного противника.

— Оно самое! — Аслана поднырнула под выпад копьём, крутнула ятаганом, вывернулась из-под хлестанувшего фонтана крови. Тяжёлый стук падающего тела заглушился звонким щелчком тетивы одного из болтомётов.

Удар на удар, сталь на сталь.

Один болтомёт подавился некачественным болтом. Напор усилился.

Клинг-клинг-крак! Аслана отбила ятаганом и щитом по удару, широко отмахнулась от атакующих, срубила одного и раздолбала подставленный щит.

Толедо вынырнул слева с двуручником наперевес. Смачно хакнув, развалил пополам особо резвого мечника, вытянувшись в выпаде проткнул насквозь ещё одного. Щит Асланы закрыл его от ответного выпада, и двуручный меч-риттершверт вновь засвистал двумя метрами остро отточенной стали, размётывая врага в стороны, кромсая плоть, и просто деморализуя одним видом громадного веера сверкающего металла с редкими пятнышками крови.

Россверк меча замер, ударившись в щит подскочившего гиганта.

Резонатор взвыл за спинами бойцов голодным волком. До полной активации осталось немного.

Толедо отпрыгнул назад, закружился, держа риттершверт вертикально, чтоб не задевал стены. Гигант прянул следом, замахиваясь молотом.

— Cremate! — плюнул Елсон. Чёрный силуэт скорчился в охватившем его пламени, и Толедо завершил дело быстрым тычком мечом от бедра.

Опомнившиеся вражеские командиры что-то заорали и снова в атаку двинулась волна пехоты. Где-то в то же время порвалась стальная тетива второго болтомёта. Волна солдат накатила на диверсантов, начался ближний бой.

Размытые росчерки кинжалов, скакнувших в руки Асланы, оставили за собой три перерезанных горла, вспоротый живот и рассечённое бедро. Толедо, получивший-таки прямой удар булавой в лоб, отполз назад, под прикрытие кинжалов, не забыв прихватить меч.

— Жри! — Елсон ткнул орку в морду небольшой склянкой с мерцающей голубой жидкостью.

Толедо глотнул. Волна тепла прокатилась по его телу, скрутила болью заживляемых ран и — отпустила. Орк потряс головой.

— Чего это было?..

— Грааль. Всё, встал, пошёл!

Толедо вскочил на ноги и бросился в безнадёжную атаку, чертя воздух взмахами меча. Силы были явно неравны. Пора бы и отступить, думал орк.

— = * * *=-

Группа «Тигр» установила свой кристалл без проблем. Полностью заряженный магокристалл совершнно и абсолютно неуязвим — и они оставили его, двинувшись туда, где, по их мнению, нужна была помощь.

Они успели к окончанию драки в зале Совета. Прямо перед ними дверь распахнулась, и в коридор влетел покойник. Точнее, покойником он стал по факту ломания шеи об окованные железом створки.

— = * * *=-

Арх, Кредарг, Орхан, Алестор, Дайдо, спрятанный где-то в кармане на поясе Кредарга маг-мутант Гжыррракх плюс вечно отстающий Умрун, на этот раз догнавший-таки отряд ради большой драки. Такая вот пёстрая компания вломилась в залу Совета «Воинов Солнца».

Три офицера погибли сразу, остальные схватились за оружие. По залу раскатились звуки боевых песен и кличей.

— Кригсманн!!! — гремел Кредарг, сошедшийся с вражеским командиром — человеком в богато украшенном эльфийском доспехе. Один из немногих выживших из дивизии «Кригсманн», капитан Кредарг никогда не забывал, где начинал служить.

У Алестора выбили из рук меч, мощным ударом топора разбили щит. Прежде чем ошеломлённый паладин достал хотя бы нож, самым концом эльфийского меча ему перерубили горло. Давясь кровью, святой воин упал на колени. Его просто обошли, не считая более опасным противником.

— Пзар!.. — прохрипела изувеченная гортань. Разрезанное горло окуталось серебристым дымком. Кровотечение прекратилось.

Страшная рана заросла буквально на глазах, и Алестор, вскочив на ноги, вырвал из ножен на поясе два длинных кинжала. Один из миновавших было его врагов обернулся, не в силах понять подобное возвращение буквально с того света. Кинжал с хрустом вонзился в его грудь, пробив двойную кольчугу, и воин со стоном рухнул навзничь.

Тут, собственно, паладин понял, что атака захлебнулась. Рычащего и изрыгающего ругательства Кредарга опутали тройной сетью, и теперь запинывали в углу в семь пар сапог. Арх ушёл через магические ворота, Орхан выпрыгнула в окно в надежде, что сможет бежать после двенадцати ярдов падения, Умрун перебросился, Гжыррракх шмыгнул куда-то в тёмный угол и затаился, Дайдо попыталась сделать хоть что-нибудь для Кредарга, но не успела договорить инкантацию — удар мечом плашмя по голове свалил жрицу на пол.

Грязно выругавшись, Алестор бросился бежать, за ним, грохоча сапогами, бросилось около двух десятков бойцов противника.

А в опустевшей зале маленький шарик с щупальцами, именуемый в войсках младшим сержантом специальных войск Гжыррракхом, устанавливал кристалл-резонатор.

— = * * *=-

Пять кристаллов отражались в Астральном Мире в виде пяти пульсирующих сгустков Силы. Магическая энергия сворачивалась тугими вихрями вокруг них, свивалась спиралями и сплеталась сетями, подчинённая каким-то своим закономерностям. Танец Сил был хаотичен.

Однако один за другим кристаллы разгонялись до максимальной резонации, и их астральные двойники один за другим стали входить в единый ритм. И когда синхронизировались все пять, грянула буря Сил.

— = * * *=-

«Зелень» неслась по коридорам. Руна Смерти на магоносителе была выпущена из Урудрума точно в означенный час, а это означало лишь одно: нужно сваливать. Орки и эльф рубили в капусту попадающиеся на пути небольшие патрули, продолжали движение с погоней на пятках, они бы успели вырваться из цитадели, но — не предвидели одного.

Из бокового коридора вылетел паладин в забрызганном кровью доспехе. Длинный алый плащ был изорван, латы помяты, кольчуга порублена, но боец бежал и бежал. От этого зависела его жизнь.

Не совсем, видимо, ориентируясь в пространстве, он понёсся навстречу «Зелени», а за ним из дверного проёма вылетели два десятка пехотинцев. Паладин споткнулся и упал, не добегая до диверсантов буквально пару ярдов. Поднялся, развернулся навстречу врагу. Железные перчатки сжимали два длинных кинжала — больше оружия не у него оставалось.

Первого врага он буквально насадил на клинок.

Второго — не смог. Кинжал в усталой руке на смог пробить кольчугу. А удар, обрушившийся на шлем, свалил паладина на пол.

— ТВОЮ МАТЬ! — Толедо бросился вперёд. Двуручный меч сверкнул слева направо, потроша одного противника и оставляя глубокую зарубку на щите другого. Аслана прыгнула, зарубила высокого человека, замахнувшегося было топором, провела подсечку, поймала падающего на кинжал и — на этом везение закончилось. Елсон дважды промазал кислотным плевком, отлетел к стене от удара древком алебарды и там и остался. На Аслану набросили ловчую сеть, Толедо просто обезоружили ударом топора по клинку ближе к эфесу. Но отскочив назад и вытягивая нож из-за сапога, он заметил метнувшуюся мимо него тень и россверк урудрумской стали.

— Hail! Hail! Hail and kill!

Боевой клич раскатился под сводами и аркадами. А затем всё затопил скрежет и звон железа о железо.

— My father was a wolf, I am kinsman of the slain!.. — гремела боевая песнь, и удары облегчённого урудрумского пехотного ятагана были безупречны. Один из пехотинцев уже валялся на полу, держась за разрубленное горло. Второй медленно осел на пол с разрубленным черепом.

— ...sworn to rise again, I will bring salvation, punishment and pain!.. — удар, удар, уклонение от атаки, парирование и опять удар.

— ...the hammer of hate is our FAITH!!! — ещё один готов, но и объявившийся на поле боя неизвестно откуда орк выронил кинжал из распоротой руки. Песнь он не прервал, однако был вынужден оступить и дать поработать клыками и когтями двум огромным львам, вывернувшимся из-за угла.

Гном вынырнул на оперативное пространство следом за громадными кошками. Самозарядный магазинный арбалет выплюнул две тяжёлые металлические стрелки. Одна таки нашла щель в броне и тяжело бронированный боец выбыл из строя, давясь кровью из продырявленного лёгкого. Гном отбросил болтомёт, добыл из-за спины два меча и понёсся на вражьи ряды. Об его доспехи сломались два копья, а от его мечей погибли два солдата. Остальные предпочли отступление, и разбежались. Немногие смогли покинуть место схватки...

— Эй, ЩЕНКИ! Батько пришёл!

Закованная в полный доспех фигура почесала жирную задницу рукой в железной перчатке и закрыла за собой дверь.

Посетители кабака «Пьяный кобольд» со страхом вперились в новоприбывшего. Он же, похоже, страха не испытывал в принципе. Звеня и гремя доспехом, подошёл к стойке, бросил трактирщику золотую монету и заказал пива. Ожидая напитка, выписал смачную затрещину скромно сидящему рядом молодому воину, да такую, что салага, без сознания, кубарем покатился по полу. Кто-то в зале зароптал, но стоило глубоко посаженным чёрным глазам «батьки» метнуться на звук, как всё затихло.

— Псы смердячие... — потянулся «отец» за поданным пивом.

Хлебнул, крякнул, отёр пену с усов и бороды. Глубоко, удовлетворённо вздохнул.

— Значит так... щенки поганые. Вон ты, — грязный палец ткнулся в сторону жрички, засевшей в углу за стаканом вина с каким-то мидлевельным, достаточно хорошо одетым паладином, — вот ты щас залезешь на стол и скинешь, чисто для меня, прикид, а вот ты, — указующий перст упёрся в лоб паладину, — щас сымешь кольцы, ожерёлку и обруч, что на лбу таскаешь. Мне бабки нужны, да.

Палад побледнел и взялся за эфес меча. Тяжёлым шагом он пересёк залу, держа руку на оружии, и резко хлестанул оппонента железной перчаткой по лицу.

— Я, — пролязгал рыцарь, — не терплю оскорблений, милостивый сир. Я требую сатисфакции!

«Милостивый сир» усмехнулся, а затем ударил сам. С правой и с левой руки по очереди. Первый удар с хрустом сломам паладину скулу. Второй сломал ему же нос и послал в свободный полёт где-то до середины питейной залы.

— Щщщщенок... — прорычал «батько», — девка, я долго буду ждать, э?!

Жрица со слезами на глазах, дрожащими пальцами взялась за завязки платья. «Батя» усмехнулся.

— Первый раз у первый класс, ага! — прокомментировал он, прихлёбывая пиво.

И тут дверь распахнулась вновь, и в помещение ворвался совершенно неожиданный холодный ветер. Один за другим в кабак вошли трое.

— Клан... — прохрипел «отец», хватаясь за большой топор у пояса.

Клановцы молча пересекли залу. Один из них, облачённый в шикарные латы, изобличающие лидера клана, мощным пинком выбил из-под «бати» стул, второй неуловимым, быстрым движением вынул кинжал и приставил к вздрагивающему горлу. Третий прошёл к стойке и забрался на неё, держа наперевес длинный деревянный посох.

— Значит так, хай позорный, — прохрипел командир вошедших, — тебе говорили, что Большой Мариар не любит, когда его кидают на бабки. И тебе говорили, что бабки Большого Мариара такие большие, что если их запихать тебе в жопу, она порвётся до ширины Мглистого Ущелья. Так вот, Большой Мариар заплатил нам чтоб мы тебе прямо и точно на это указали ещё раз.

Он достал большой чёрный свиток, усмехнулся и громко, с выражением, зачитал его, глядя прямо на лежащего.

— Аааааааааайииииееее!!! — завизжал «батько», выгибаясь и дёргаясь, словно его режут. Его доспех раскалился докрасна, так же точно запылали разогретым металлом наручи и пряжка пояса. Руки, страшно при этом обжигаясь, срывали с тела раскалённое снаряжение, крик перерастал в визг и опадал, и снова нарастал, пока всё снаряжение не разлетелось по кабаку.

Один из клановцев аккуратно собрал шмот в рюкзак. Другой пнул «отца» напоследок в бочину.

— А это нам. От Большого Мариара, — прокомментировал командир, и клан вышел из кабака.

Прошло мгновение.

Снаружи лязгнуло железо, кто-то истошно, по-звериному, заорал. Клановцы вбежали обратно, тот, который с посохом, нацелил его в дверной проём и выпустил два кислотных бласта. Оттуда в ответ прилетели огненный шарик и молния, и посох взорвался от перегрузки, рассыпавшись дождём искр, а сам боец прошептал какие-то слова и изчез.

Двое других приняли бой, и загудела под ударами сталь доспехов и мечей. Ворвавшиеся инсектоид, гигант и эльф бились грамотно, по науке, и два клановца были уже покрыты ранами. Командир потерял в битве меч и сражался коротким копьём, которое достал из-за спины, второму бойцу раскололи мощным ударом меча щит. Он теперь бился мечом и кинжалом.

— Всё, шеф, не могу, бежим! — проорал младший по званию клановец. Командир кивнул, быстро достал из кармана свиток, зачитал его на сотоварища и тот истаял в воздухе.

Сам он не успел эвакуироваться. Мощный толчок щитом сшиб его с ног. Встать уже просто не хватило времени, и два меча пригвоздили могучего воина к полу.

— С... с-с-суки... — прохрипел он перед тем, как отдать Семидару душу.

Новоприбывшие оглядели кабак, клиентуру и царящий вокруг тотальный и непередаваемый цензурными словами дестрой.

— Итак, щенки, — прошипел жук, заслоняя дверь, — выход сегодня стоит двадцать золотых...

Мир: Warhammer
Время: несколько тысяч лет после Наггарота

— Тьма, Тьма и Хаос.

Гранислав шёл по горящей улице небольшой деревни дроу. Отблески пламени тускло играли на доспехе и загадочно мерцающей кольчуге Высокого Эльфа.

Он встал перед ещё не охваченным пламенем домом, поднял руку и произнёс инкантацию. Огненный шар влетел в чердачное окно, рванул внутри, разодрав в клочья крышу. Обломки взлетели высоко в воздух, и посыпались с неба деревянным градом.

Из дома выбежала молодая тёмная эльфийка, прижимающая к груди небольшой свёрток — по всей видимости, ребёнка. Проезжавший мимо конный эльфийский дружинник походя зарубил палашом мать, затем ловко вздел орущего младенца на копьё и поехал дальше, периодически потрясая трофеем в воздухе. Почётное дело — убивать отродье Тьмы.

Гранислав шёл дальше.

В одном из окон что-то зашевелилось. Что-то живое и очень, очень напуганное. Гранислав не мог пройти мимо — могучим пинком он вышиб дверь в дом и вошёл в здание как хозяин по праву силы.

Скорчившейся за опрокинутым девушкой-дроу он овладел по тому же праву. И по тому же праву перерезал ей вздрагивающее от боли и страха горло.

Огненный шар очистил дом от Тьмы. Обрушились балки и стропила, похоронив под собой несчастную деву Тьмы и грех Высокого Эльфа.

Гранислав шёл по улице. Из подворотни на него бросился вооружённый лишь длинным кухонным ножом пацан-дроу. Воин небрежно отмахнулся мечом, выпустив щенку кишки. Затем подошёл, с любопытством поразглядывал предсмертные корчи, даже пнул пару раз эльфёнка в бок, чтоб подёргался, потом ему стало скучно. Гранислав отвернулся от покойника и двинулся дальше.

Искоренять Хаос.

Искоренять Зло.

Искоренять Тьму.

— = * * *=-

На башне дуло.

Слабо сказано!

Лановара едва не снесло ветром в первые же две секунды.

И снесло в третью.

Пузырём надулся просторный плащ, эльф дико заорал, но вывернувшийся на оперативное пространство Ашшур успел-таки ухватить его за шкирку и оттащить на пару ярдов вниз по крутой спиральной башенной лестнице.

— И. Ди. От, — прохрипел Ашшур.

Полузадушенный Лановар молча кивнул. Выходить на башню в элементальный шторм не рекомендовалось никакому из магов мира, включая аватаров Богов. И только идиот пошёл бы на такое ради того, чтобы соорудить портал повышенной дальности действия.

— Щас оно поутихнет, мы и вылезем, а пока сиди, сын кулацкий...

Буря выла и стонала, гуляя по верху башни. Лестничная клетка осветилась вспышкой белого света. От кисловатого запаха чистой магии защипало в носу, и эльф чихнул. Эхо, усиленное искажающим воздействием шторма, ударило в уши железными молотами.

Лановар не услышал, что именно сказал о его поступке Ашшур. Но ощутил резкий тычок под печень и согнулся, хватая ртом воздух. А когда эхо затухло вдали, эльф ознакомился с несколькими новыми ругательствами.

Затем ему прямо в ухо заорали «ВПЕРЁД!» и поволокли вверх по грубым гранитным ступеням, об одну из которых Лановар незамедлительно споткнулся. Ашшур просто резко дёрнул его вверх, чтоб не упал, и поволок за собой, как бультерьер крысу.

Но выбежали наверх они вовремя. Ашшур сунул Лановару в руку мерцающий рубиновый шар и накрыл себя и его мерцающим куполом защитного поля. Элементарная буря разбилась о защиту мириадами разноцветных искорок, Ашшур пошатнулся словно от удара тараном.

— Твори! — заорал он изо всех сил.

Лановар закрыл глаза, погрузил внутренний взор в сплетение энергий в шаре. Он пронёсся по тонким спиралям пленённых энергий, пробежал по фрактальным узорам застывшей магии, по силовым линиям, параллелям и мередианам...

И дотронулся до сердца шарика — Искажающего Камня.

Сияющий портал воздвигся из земли сияющим белым овалом. Словно сомнамбула Лановар шагнул в него — и на долю секунды ощутил себя пылающим болидом, несущимся через атмосферу планеты к какой-то одному ему известной цели на земле. Воздух выл и ревел в ушах, дрожал раскалённой пеленой перед глазами, вырывался из кричащих лёгких, жёг, давил, крушил...

...и вдруг всё закончилось. Молодой маг вырвался из искажённого пространства в нормальное, где упал на колени и локти и, тяжело дыша, кашляя и сплёвывая, начал медленно приходить в себя.

Рядом вынырнул из ниоткуда Ашшур, плавно приземлился на полусогнутые ноги и огляделся.

Они были на месте сбора, и войска должны были появиться через пару-тройку минут.

Ашшур достал трубку, набил высококлассным хоббичьим табаком, выколдовал небольшой огненный шарик, прикурил и с наслаждением затянулся. Проикавшийся и отплевавшийся наконец Лановар тоже решил закурить. Достав из кармана последнее эльфийское изобретение — табак в бумажной трубочке — он деловито обкусил концы трубки, зажёг один из них, а другой сунул в зубы. Секунд восемь он просто молча наслаждался курением. На девятой свистнул метательный кинжал; эльф замер на месте с обрезком сигареты в зубах и выражением смертного ужаса в остекленевших глазах.

— Хы-хы-хы-хы-хыыыыы! — вышедший из кустов орк аж залюбовался делом своих рук.

— От щас я встану, ты, сука, ляжешь! — прохрипел Лановар, поднимаясь.

— Э, Дакка, едрит твою! — заметил приближающегося зеленокожего Ашшур.

Ветераны обменялись крепкими мужскими рукопожатиями. Ашшур при этом добавил лёгкий электрошок, и Дакка задёргался словно чёрт на пружинке.

— Коззззлина... — прошипел орк, давя пальцы мага в лепёшку.

— Ааааа!!! — заорал Ашшур, вырывая превращённую в котлету руку из тисков орочьей лапы.

— Гы-гы-гыыыы!

— Сволочь... — Ашшур метнул в орка молнию, и тот с воем задёргался. Поорав и попрыгав с полминуты, он неожиданно замолчал и рухнул мордой вниз в траву. Одежда на нём дымилась, на внешние раздражители орк не реагировал. Лановар подошёл посмотреть и заценить «покойника».

— Это чего за хлюпик? — осведомился Дакка, вскакивая и тыкая пальцем в Лановарово солнечное сплетение. Эльф моментально согнулся пополам, изрыгая чернейшие ругательства.

— Ученик! — надулся пузырём Ашшур. Лановар давился воздухом и матом.

— Эка важна персона, — прокомментировал Дакка, отряхиваясь и стирая с лица остатки сгоревших бровей — ельф, едрит! А фир дарригов у тебя как — нема?

— Короче, Склифосовский... куда и с кем?

— А, вот это дело!

Ашшуру хватило десяти минут на то, чтобы понять цель операции, состав своей диверсионной группы и боевую задачу. Ещё через десять минут он шагнул в очередной портал, и отправился на место сбора.

— = * * *=-

Группа «Тигр» в составе двух магов, жреца и вора являлась классической штурмовой: из всего наличествующего личного состава подкрадываться умели только хоббит Трипс и маг Лановар. Ашшуру, как Великому Магу, не приличествовало скрываться вообще, а Строгану никак не удавалось — гномьи габариты делали своё чёрное дело.

Они были заброшены на место последними, на телепортомаяк, оставленный группой сержанта Асланы. Выплюнувший их портал закрылся, но в угасающем свете Ашшур заметил порубанные трупы и забрызганные кровью стены и пол.

— Девять минут до «Х»! — прокомментировал Строган, в темноте видевший почти днём.

Ашшур зажёг световой шарик, и группа двинулась по направлении к «своей» точке установки резонатора.

— = * * *=-

Группа «Ларва» неслась между башен и укреплений под градом стрел, болтов и прочей фигни метательного свойства. Командир — лейтенант Ренард — всегда любил шумные выходы, а смерти Ведомых он не считал никогда.

Ссссс-тонк! Белооперённая стрела прошибла панцирь одного из Ведомых, он покачнулся, ответил болтом из самозарядного арбалета, промазал и схлопотал очередь из полиболы поперёк груди. Хитин брызнул во все стороны колючим дождиком, Ведомый потерял управление полётом и вошёл в штопор.

Ренард вышел на цель — вершина одной из башен. Краем фасеточного глаза лейтенант углядел поднимающего арбалет хуманса. Щелкнул пальцами правой нижней руки и полетел дальше. Из разорванной ткани реальности на стрелка выскочил страховидный демон, ухватил арбалетчика поудобней, разорвал пополам и принялся со смаком жрать.

Пока враг отвлёкся на демона, Ренард успел пробиться-таки на место. С грохотом приземлился, поднял на копьё «Тарья» одного противника, вызвал ещё несколько демонов. Ведомые вступили в схватку — зазвенела сталь.

Пущенный в упор болт свалил Ренарда на камни, но тяжёлый доспех, откованный лучшими оружейниками Скавенблайта, выдержал удар. Лейтенант поднялся, мотая головой. Перед глазами плыли разноцветные круги. Боль была адской.

В сознание его привёл дикий вопль. Это один из Ведомых разорвал цепной булавой грудь своего противника и прошёл по парализованному болью телу вперёд. В принципе, биться было уже особо не с кем. Ведомые добивали деморазилованных хумансов и эльфов, два Ведомых лежали грудами изуродованного хитина рядом с поверженным гномом, который даже в смерти не выпустил из рук громадный двуручный молот.

— Сиррр, крррристалл, — протрещал Ведомый в полном доспехе, оборачиваясь к командиру.

— Цыц, — Ренард достал резонатор из рюкзака, быстро произвёл расчёты, привлёк к этому делу пару Ведомых, объединившись с ними в Ульевой Разум, высчитал место оптимального расположения кристалла и взялся за установку...

Цитадель горела.

Весёлыми змейками язычки пламени прыгали с истерзанных укреплений в ночное небо Диаса. Они взлетали к своим старшим братьям — звёздам и луне, но истаивали в холодном ветре, не долетая.

В донжоне ещё рубились остатки защитников, но это не меняло объективной реальности — бастион Каэр Диас пал, и земля Диас поменяла хозяина.

Стены и двор крепости были завалены трупами. Утыканные стрелами, порубленные мечами, пронзённые копьями тела в ландскнехтских доспехах, кожаных куртках ополченчев; командовавшие сражавшимися рыцари в латах выделялись среди тех, кем они руководили, богато украшенным оружием и доспехом, но и их смерть не обошла. Два рыцаря лежали чуть ли не в обнимку один на другом, но в этих объятиях не было любви — окольчуженная рука одного из них сжимала рукоять кинжала, загнанного на всю длину клинка в бок врага; шлем рыцаря был смят как ведро под копытами боевого коня — его противник до последнего бился булавой на короткой рукояти, которую так и не отпустил в момент смерти.

Победители деловито волокли по двору трупы, перебрасываясь шутками и прибаутками. Донжон наконец взяли, сверху свалились два последних защитника; либо они предпочли гибель плену, либо их просто столкнули вниз.

Впрочем, сей факт был победителям откровенно до лампочки — цитадель поменяла владельцев, и нужно было обустраиваться на новом месте.

Гасились один за другим пожары.

Грабилось всё, что только возможно.

Над донжоном взмыл флаг с белым львом на алом поле. Внизу радостно заорали, салютуя штандарту, командиры нападавших. Наёмники, обдирающие с убитых рыцарей противника золотые кольца и цепи, глянули на эту фанаберию, презрительно сплюнули и вернулись к своему занятию — деньги дороже чести.

Всё шло своим чередом, когда выставленная на стены стража увидела вдали приближающегося в облаке пыли всадника. Ему дали приблизиться под прицелом арбалетов, затем сэр Грамион рассмотрел его в подзорную трубу и приказал открыть ворота королевскому гонцу.

Гонец влетел в ворота, остановился, и вдруг медленно сполз с седла, открыв взорам всех любопытствующих арбалетный болт в спине.

— Подготовиться к обороне, — произнёс командующий, сэр Марикс, — Осада неизбежна.

Всё возвращалось на круги своя.

Siege — HAIL! ©