МАД Коннектор Украинский МАД-коннектор — соеденим все мады.

— Эй, ЩЕНКИ! Батько пришёл!

Закованная в полный доспех фигура почесала жирную задницу рукой в железной перчатке и закрыла за собой дверь.

Посетители кабака «Пьяный кобольд» со страхом вперились в новоприбывшего. Он же, похоже, страха не испытывал в принципе. Звеня и гремя доспехом, подошёл к стойке, бросил трактирщику золотую монету и заказал пива. Ожидая напитка, выписал смачную затрещину скромно сидящему рядом молодому воину, да такую, что салага, без сознания, кубарем покатился по полу. Кто-то в зале зароптал, но стоило глубоко посаженным чёрным глазам «батьки» метнуться на звук, как всё затихло.

— Псы смердячие... — потянулся «отец» за поданным пивом.

Хлебнул, крякнул, отёр пену с усов и бороды. Глубоко, удовлетворённо вздохнул.

— Значит так... щенки поганые. Вон ты, — грязный палец ткнулся в сторону жрички, засевшей в углу за стаканом вина с каким-то мидлевельным, достаточно хорошо одетым паладином, — вот ты щас залезешь на стол и скинешь, чисто для меня, прикид, а вот ты, — указующий перст упёрся в лоб паладину, — щас сымешь кольцы, ожерёлку и обруч, что на лбу таскаешь. Мне бабки нужны, да.

Палад побледнел и взялся за эфес меча. Тяжёлым шагом он пересёк залу, держа руку на оружии, и резко хлестанул оппонента железной перчаткой по лицу.

— Я, — пролязгал рыцарь, — не терплю оскорблений, милостивый сир. Я требую сатисфакции!

«Милостивый сир» усмехнулся, а затем ударил сам. С правой и с левой руки по очереди. Первый удар с хрустом сломам паладину скулу. Второй сломал ему же нос и послал в свободный полёт где-то до середины питейной залы.

— Щщщщенок... — прорычал «батько», — девка, я долго буду ждать, э?!

Жрица со слезами на глазах, дрожащими пальцами взялась за завязки платья. «Батя» усмехнулся.

— Первый раз у первый класс, ага! — прокомментировал он, прихлёбывая пиво.

И тут дверь распахнулась вновь, и в помещение ворвался совершенно неожиданный холодный ветер. Один за другим в кабак вошли трое.

— Клан... — прохрипел «отец», хватаясь за большой топор у пояса.

Клановцы молча пересекли залу. Один из них, облачённый в шикарные латы, изобличающие лидера клана, мощным пинком выбил из-под «бати» стул, второй неуловимым, быстрым движением вынул кинжал и приставил к вздрагивающему горлу. Третий прошёл к стойке и забрался на неё, держа наперевес длинный деревянный посох.

— Значит так, хай позорный, — прохрипел командир вошедших, — тебе говорили, что Большой Мариар не любит, когда его кидают на бабки. И тебе говорили, что бабки Большого Мариара такие большие, что если их запихать тебе в жопу, она порвётся до ширины Мглистого Ущелья. Так вот, Большой Мариар заплатил нам чтоб мы тебе прямо и точно на это указали ещё раз.

Он достал большой чёрный свиток, усмехнулся и громко, с выражением, зачитал его, глядя прямо на лежащего.

— Аааааааааайииииееее!!! — завизжал «батько», выгибаясь и дёргаясь, словно его режут. Его доспех раскалился докрасна, так же точно запылали разогретым металлом наручи и пряжка пояса. Руки, страшно при этом обжигаясь, срывали с тела раскалённое снаряжение, крик перерастал в визг и опадал, и снова нарастал, пока всё снаряжение не разлетелось по кабаку.

Один из клановцев аккуратно собрал шмот в рюкзак. Другой пнул «отца» напоследок в бочину.

— А это нам. От Большого Мариара, — прокомментировал командир, и клан вышел из кабака.

Прошло мгновение.

Снаружи лязгнуло железо, кто-то истошно, по-звериному, заорал. Клановцы вбежали обратно, тот, который с посохом, нацелил его в дверной проём и выпустил два кислотных бласта. Оттуда в ответ прилетели огненный шарик и молния, и посох взорвался от перегрузки, рассыпавшись дождём искр, а сам боец прошептал какие-то слова и изчез.

Двое других приняли бой, и загудела под ударами сталь доспехов и мечей. Ворвавшиеся инсектоид, гигант и эльф бились грамотно, по науке, и два клановца были уже покрыты ранами. Командир потерял в битве меч и сражался коротким копьём, которое достал из-за спины, второму бойцу раскололи мощным ударом меча щит. Он теперь бился мечом и кинжалом.

— Всё, шеф, не могу, бежим! — проорал младший по званию клановец. Командир кивнул, быстро достал из кармана свиток, зачитал его на сотоварища и тот истаял в воздухе.

Сам он не успел эвакуироваться. Мощный толчок щитом сшиб его с ног. Встать уже просто не хватило времени, и два меча пригвоздили могучего воина к полу.

— С... с-с-суки... — прохрипел он перед тем, как отдать Семидару душу.

Новоприбывшие оглядели кабак, клиентуру и царящий вокруг тотальный и непередаваемый цензурными словами дестрой.

— Итак, щенки, — прошипел жук, заслоняя дверь, — выход сегодня стоит двадцать золотых...